Читаем Гололед полностью

— Зовите меня Алекс, этого достаточно и я думаю здесь продуктивного разговора не получится. Пойдем, где-нибудь приземлимся.

— Добро, — сказал Виктор, явно первый номер в дуэте, — но мы на мели.

— Не просто на мели, а на мелище, — добавил Владимир.

— Это ясно и без ваших тонких намеков. Угощаю.

Зашли в небольшой ресторанчик на территории порта, из окон которого было видно судно. Так как было уже за 14.00, то основной контингент посетителей схлынул и гарсон, выполняющий еще и функции метрдотеля, усадил нас у окна и поинтересовался:

— Месье, подавать блюда согласно меню или вы будете заказывать?

— Принесите, пожалуйста, карту, — ответил я, так как меню, висевшее на входе в ресторан, меня не прельстило.

Да и мужики, наверное хотели, чего-нибудь по-круче редкого лукового супчика. Поэтому, заказ сделал из расчета, чтобы было сытно и без всяких французских кулинарных выкрутасов:

— Будьте добры, принесите нам красного вина: Бордо или Божоле. Только не нужно подавать ничего изысканного, просто хорошее. На ваше усмотрение. Салат из охлажденной говядины, суп рыбный, только рыбы положите двойную порцию. Из горячих блюд: куриная грудка в грибном соусе с молодым картофелем и на гарнир — овощи гриль. На десерт принесете яблочный пирог и чай. Хлеба подайте по-больше. Пока все. — Разобрался я с заказом и гарсоном.

— Сначала перекусим, потом поговорим о деле, — это я обратился к морякам, так как стол уже сервировали и официант раскладывал заказанную холодную закуску.

Те мне не ответили, так как уже прожевывали говядину. Оголодали мореманы, конечно, на одном кальвадосе и сардинах не прокормишься.

К кофе, поданному в литровом горячем кофейнике, я попросил принести еще тарталеток с сыром. Теперь можно было начинать разговор, землячки размякли и смотрели на меня вполне благосклонно.

— Ну рассказывайте, морские орлы, как вы докатились до такой жизни.

— Понимаешь, Алекс, нельзя сказать, что нас в наглую кинули. Просто мы бараны, морские, — начал исповедь Виктор. — Когда нам произвели окончательный расчет, здесь в Марселе, то предложили в качестве оплаты взять этот плашкоут. И мы повелись на халяву. Как же предлагают целое судно и всего за двадцать тысяч долларов.

— За двадцать три тысячи семьсот двадцать пять долларов, если точно, — заметил Владимир, — но не это главное. Мы произвели расчет с греками и они быстренько оформили нам документы на собственность и… мы приплыли прямо на мель.

— Пришлось заплатить налог из наших сбережений и еще потратились на ремонт движков… А в результате оказалось, что мы не можем сами работать по специальности и нам нужно нанимать местных мореманов. Деньги мы потратили, а судно никто не покупает… Теперь, эта падла из разделки, предлагает продать судно на лом, за десять тысяч долларов. В пересчете с франков. Да еще деньги за стоянку вычтет, — продолжил Виктор.

— Так, сколько вы потратили денег?

— Все, что у нас было. То что отдали за судно, плюс заначка в десять тысяч с чуть — чуть. Итого тридцать пять тысяч, — ответил Владимир, как видно сидящий на общей кассе.

— Короче, покупаю за тридцать три тысячи, красивое число. А две тысячи вам штраф, учить вас жизни, при капитализме, ведь как-то нужно, — подытожил я.

— Так, где нам на колени бухнуться и поклоны бить. Благодетель. — С недоверием спросил Виктор, похоже жесткая наука капитализма пошла ему впрок.

— Вот это правильно. Здесь люди не работают, а зарабатывают. И это большая разница, как говорят в Одессе. Будете отрабатывать, я заключу с вами контракт на ремонт и модернизацию этого судна. Хотя какое судно, ведь это военный корабль — десантный катер проекта 1176 «Акула» или «Ондатра», по классификации НАТО.

— Как-будто мы этого не знаем, но… помалкиваем. В этой посудине только алюминия на пятнадцать тысяч долларов. Давай по-существу или теперь нужно: «Давайте босс?» — Поинтересовался Володя Упоров.

— Да мне по хрен. Главное выполняйте, то что я поручаю. Со всем своим старанием. За что я буду платить вам деньги. Какая скорость у судна и какая дальность плавания?

— Судно болгарской постройки, двигатели поставлены английские. Мы им сделали серьезный ремонт и модернизацию. Благо на разделке можно, за копейки, купить, нужные детали. А Вова башковитый и рукастый судовой механик. Настоящий. Поэтому максимальная скорость корабля стала — 15 узлов, экономная — 12 узлов. Дальность плавания — 1500 миль. Навигационное оборудование на судне отличное и я умею им пользоваться. Мы с Володей, последние два года в Союзе, ходили на БМРТ в Атлантику. Он дедом, я чифом. А когда все начало разваливаться, нанялись к грекам. Я числился палубным матросом, он мотористом. Хотя стояли вахты, как механик и штурман, а за это нам доплачивали, где-то треть ставки. Плавательский ценз мы набрали и надеялись просто выкупить патенты штурмана и механика дальнего плавания. Нам сказали, что это в Греции практикуется.