Читаем Гоголь полностью

В январе 1835 г. Гоголь писал А. С. Пушкину, имея в виду, вероятно, в первую очередь статью Н. с. о П.: "Посылаю вам два экземпляра Арабесков... Вычитайте и сделайте милость, возьмите карандаш в ваши руки и никак не останавливайте негодование при виде ошибок, но тот же час их всех налицо". Гоголь полагал, что Пушкин "при самом начале своем уже был национален, потому что истинная национальность состоит не в описании сарафана, но в самом духе народа. Поэт даже может быть и тогда национален, когда описывает совершенно сторонний мир, но глядит на него глазами своей национальной стихии, глазами всего народа, когда чувствует и говорит так, что соотечественникам его кажется, будто это чувствуют и говорят они сами".

В черновом фрагменте Н. с. о П. Гоголь писал: "Он был каким-то идеалом молодых людей. Его смелые, всегда исполненные оригинальности поступки и случаи жизни заучивались ими и повторялись, разумеется, как обыкновенно бывает, с прибавлениями и вариантами. Стихи его учились наизусть. Армейские и штатские и кстати и некстати почитали обязанностью проговорить и исковеркать какой-нибудь ярко сверкающий отрывок из его поэм. И если сказать истину, то его стихи воспитали и образовали истинно-благородные чувства несмотря на то, что старики и богомольные тетушки старались уверить, что они рассеивают вольнодумство, потому только, что смелое благородство мыслей и выражения и отвага души были слишком противоположны их бездейственной вялой жизни, бесполезной и для них и для государства".

НИКИТЕНКО Александр Васильевич (1804-1877), выходец из крепостных крестьян, цензор, литературный критик, с 1834 г. профессор русской словесности Петербургского университета, автор мемуаров "Моя повесть о самом себе".

22 апреля 1832 г. Н. записал в дневнике: "Был на вечере у Гоголя-Яновского, автора весьма приятных, особенно для малороссиянина, "Повестей Пасичника Рудого Панька" ("Вечеров на хуторе близ Диканьки". - Б. С.). Это молодой человек лет 26-ти, приятной наружности. В физиономии его, однако, доля лукавства, которое возбуждает к нему недоверие. У него застал я человек до десяти малороссиян, всё почти воспитанников Нежинской гимназии".

11 апреля 1834 г. появилась еще одна запись в дневнике Н., связанная с Гоголем: "Был у Плетнева. Видел там Гоголя: он сердит на меня за некоторые непропущенные места в его повести, печатаемой в "Новоселье" ("Повесть о том, как поссорились Иван Иванович с Иваном Никифоровичем". - Б. С.). Бедный литератор! Бедный цензор!"