Читаем Год тигра полностью

Катя и бросившийся ей вдогонку англичанин, разогнав стадо яков, промчались мимо пастушьих палаток и вырвались на простор. Теперь перед ними лежала покрытая желтой травой широкая долина.

После нескольких минут езды Шавасс направил лошадь к высокой скале, у подножия которой он заметил темнеющую гладь небольшого озера. Подсохшая трава, покрывавшая его берега, тихо шелестела под ветром. Неожиданно со скалы вспорхнула потревоженная птица и, громко крича, взмыла в небо. Странная, необъяснимая печаль охватила Шавасса, и он непроизвольно поежился.

Услышав голос Кати, англичанин оглянулся и увидел ее на вершине холма. Пришпорив лошадь, он поскакал к ней.

В долине, глубину которой трудно было определить, дул теплый, ласковый ветер. Взобравшись на холм, Шавасс увидел внизу бежавшую между камней горную речку. На вершине обрыва вырисовывался силуэт Кати.

Он спустился по склону и, спрыгнув на землю, отпустил лошадь. Та сразу же направилась к речке, на берегу которой уже паслась лошадь Кати. Шавасс закурил сигарету и помахал женщине рукой.

На фоне яркого солнца, размывавшего очертания ее силуэта, спускавшаяся по склону Катя казалась ему феей из сказки.

– Пол, давайте присядем, – подойдя к англичанину, предложила она.

Они легли на траву. Шавасс вскоре закрыл глаза и расслабился. «Как же все-таки сладко лежать под солнцем рядом с приятным тебе человеком и ничего не делать», – подумал он и едва не позавидовал пляжным бродягам.

В носу у Шавасса защекотало, и он, открыв глаза, увидел Катю, державшую в руке тонкую травинку.

– Знаете, вот так расслабиться, как сейчас, я не мог много лет, – сказал англичанин.

– А следовало бы. Все-таки жизнь человеку дарована, чтобы жить, – отозвалась женщина.

– И вы абсолютно правы, – согласился Шавасс. – Вся беда в том, что у меня не было на это времени. Прямо рок какой-то.

– Я вам не верю, – со смехом сказала Катя. – А каким вы были в детстве?

Шавасс, прищурившись, посмотрел в небо, словно хотел определить его глубину.

– Даже не могу вспомнить, – ответил он. – Отец мой был французом, а мать – англичанкой. Отец погиб в боях под Аррасом в 1940 году, когда фашистская армия прошла через Бельгию и Францию, словно нож сквозь масло. Нам с матерью удалось бежать в Англию через Дюнкерк.

– А как протекала ваша жизнь в Англии?

Шавасс подумал, что вот уже много лет не рассказывал о себе. И сейчас, лежа на берегу горной речки, восстанавливал в памяти полузабытые эпизоды своей биографии.

На то, чтобы рассказать Кате о периоде жизни, закончившемся работой преподавателем Кембриджского университета, у него ушло около часа.

Заметив хмурый взгляд женщины, Шавасс замолк.

– Я все же не понимаю, как вы – человек, имевший возможность стать академиком, – взяли и разом все бросили.

– Мои взгляды на жизнь к тому времени изменились. Вот и все, – ответил Шавасс. – Однажды, проводя отпуск в Чехословакии, я помог своему другу вывезти в Англию его родственника. И мне это очень понравилось. Так сказать, вошел во вкус.

Она вздохнула и укоризненно покачала головой.

– И с тех пор вы решили постоянно этим заниматься? – спросила она.

– О, я теперь по этой части большой специалист. В прошлом меня даже пригласили вывезти в Индию самого Далай-ламу, – ответил Шавасс.

Он понимал, что рассказывает Кате много лишнего, но ничего не мог с собой поделать. Эта женщина, как никакая другая прежде, действовала на него просто гипнотически.

– А что об этом думает ваша мать?

Шавасс улыбнулся.

– Она уверена, что я государственный служащий, – ответил он. – Оно, правда, так и есть.

И после этого лицо Кати продолжало выражать полное недоумение.

– Скажите, только честно, вас такая жизнь устраивает? – спросила она. – Вы же постоянно держите голову на плахе и не знаете, когда на нее опустится топор.

– Ну, я же не всегда этим занимаюсь. Бывает работа и полегче. К примеру, обеспечение безопасности приезжающих в страну глав иностранных государств. Когда в Лондон приезжал Хрущев, то мне было поручено его охранять. Вы и это не одобряете?

– Вопрос не в этом, одобряю ли я вас или нет, – ответила Катя. – Меня политика совсем не интересует. Просто мне обидно, что вы, высокоинтеллектуальный человек, – и вдруг занялись подобными делами.

Шавасс закрыл глаза и попытался вспомнить, кто из его знакомых говорил ему то же самое. Он все хуже и хуже понимал слова, произносимые Катей. Вскоре погрузившийся в дремоту Шавасс слышал только тихое журчание бегущей по камням речки. А потом и этот шум стих...

* * *

Проснулся Шавасс внезапно. Открыв глаза, он увидел плывущие по небу кучевые облака – предвестников изменения погоды. Кати рядом не было. Поднявшись, англичанин оглянулся, но ее, увы, и след простыл. В панике он бросился бежать по склону высокого холма. Взбежав на вершину, Шавасс посмотрел вниз и наконец-то увидел Катю. Она стояла на валуне у самой воды и бросала в речку камешки. Заслышав его шаги, женщина обернулась.

– Вы бросили меня, – попенял ей Шавасс. – Я проснулся, а вас рядом нет. Исчезли, словно сказочная татарская принцесса.