Читаем Год палача полностью

Меня пропустили внутрь, и я оказался в довольно просторном вестибюле, отделанном в современном европейском стиле. Однако дальше пройти не удалось. Путь преграждал дубовый барьер с турникетом, возле которого дежурили еще двое охранников с помповыми ружьями, а на боку у каждого висели кобуры с пистолетами. Они тщательно проверили мои документы и обследовали меня металлоискателем, после чего попросили открыть кейс и показать его содержимое. Завершив всю эту процедуру, один из них коротко объяснил, куда идти.

Поднявшись на лифте на десятый этаж, я вновь наткнулся на охрану, стоящую на лестничной клетке. "Это уже перебор, – мелькнуло в голове. – Так охраняют только президентов. Этот мафиози слишком высоко ценит свою жизнь, за которую скоро я не дам и ломаного гроша. Что ж, пусть пока потешится…" Вновь пришлось объяснять цель своего визита, хотя я был совершенно уверен, что эти двое уже были осведомлены обо мне. Наконец я вошел в просторную приемную и едва не лишился дара речи, увидев перед собой белокурую нимфу, восседавшую на вращающемся кресле. Она закинула ногу на ногу, отчего ее коротенькая юбочка, едва прикрывающая трусики, сползла с бедер, совершенно открыв их для обозрения. Зрелище было не для слабонервных. Я на мгновение смутился, вдруг почувствовав подступающее желание, но быстро пришел в себя, изобразив на лице полное безразличие. Однако девица даже и не подумала воспользоваться моей секундной слабостью, чтобы развить свой успех. Ее в этот момент вообще ничего не интересовало, кроме собственных ногтей, которые она, поджав пухлые губки, с особой тщательностью и сосредоточенностью обрабатывала пилочкой. Еще с дюжину всевозможных инструментов, сверкающих хромом, как в операционной, лежали перед ней на столе, в раскрытом кожаном несессере. Все прочие аксессуары офиса как-то терялись в их блеске, жались к краям стола.

С трудом удерживая плотоядную ухмылку, я подошел поближе и негромко хмыкнул, привлекая внимание секретарши, но "Барби", как я мысленно окрестил девицу, не повела и бровью, предоставляя мне возможность получше рассмотреть ее прелести. Вдоволь насладившись зрелищем пышной груди в глубоком декольте и стройных голых ножек, я отважился прервать ее работу:

– Извините, могу ли я пройти к господину Снегову? Он мне назначал… Вот моя визитная карточка.

Наконец она соизволила удостоить меня скучающим холодным взглядом голубых глаз, вскинув густые крашеные ресницы. При этом продолжала по инерции точить коготки, думая о чем-то своем:

– Ждите, он занят.

Я осмотрел приемную и сел в кресло у окна, взяв со столика какой-то журнал. Ждать пришлось довольно долго, не менее получаса, пока, наконец, дверь кабинета не открылась и из него не вышел… Вот это – да! Вдруг почувствовал, как лоб покрылся испариной, а сердце мощно застучало от выброса адреналина. В невысоком лысеющем господинчике гонких золотых очках я сразу же узнал Князева, с которым познакомился, начиная вместе с Володей наше первое дело. Тогда Виктор Степанович занимал в районной администрации ответственный пост и помог нам в поисках офиса, хотя и не бескорыстно, как я узнал впоследствии. По возвращении на родину он как-то не попадался мне в поле зрения, и кем он был сейчас – можно было только гадать.

Эта встреча была очень некстати, да еще именно здесь, у Снегова. Я поспешил уткнуться в журнал, пока он прощался с хозяином и белокурой бестией, сразу же ожившей при его появлении и кокетливо улыбающейся, как старому приятелю, хотя тот был раза в два старше ее. Князев взглянул на меня и с довольной улыбкой вышел из приемной. Интересно, какие дела могут быть у него со Снегом? – подумал я. – Узнал он меня или нет? Вряд ли, пять лет прошло, но следует быть поосторожнее. Надо бы разузнать о Князеве…". Мои мысли прервала секретарша, холодно пригласив зайти к боссу.

Разговор со Снегом оказался недолгим и сугубо деловым. Мы согласовали спецификацию дополнительного оборудования его "Мерседеса–600" и смету, а затем, внимательно прочтя договор, он размашисто подписал документ золотым "Паркером", шлепнув на него печать торгового дома.

Я уже укладывал бумаги в кейс, когда он вдруг ошарашил меня вопросом, заданным без обиняков:

– Николай, хочешь на меня работать?

– В каком смысле? – переспросил я, изображая наивного простачка,

хотя и впрямь был несколько растерян от такой бесцеремонности и цинизма. – Я не совсем понимаю вас, Алексей Валентинович…

– Это ты брось! Ты отлично понимаешь, о чем идет речь. Меня интересует информация… Скоро ваша фирма станет популярной и престижной, у вас будут богатые клиенты, ведь вы создаете определенный

– имидж… Вот они–то, эти самые клиенты, и интересуют меня. Если конкретно, то кто и какие заказы делал у вас, как расплачивался, какие тачки у них, ну и так далее…

– Зачем это вам? – я продолжал играть свою роль.