Читаем Год грифона полностью

И из-под плит двора, в тех местах, где стояли грифоны, брызнуло пламя. Блейд усмехнулся и поддал жару заклятию Кита. В результате всех четырех грифонов буквально подкинуло в воздух, как будто под ними взорвалась бомба. Кит простер под ними еще одну завесу огня. Грифоны дружно взвыли и отчаянно заработали опаленными крыльями. Блейд подбодрил их еще одним магическим ударом. Грифоны поджали свои длинные хвосты и стремглав полетели прочь.

– ПАЛЕНЫЕ УБЛЮДКИ! – рыкнул им вслед Кит и приземлился.

«Здорово! – подумала Эльда. – Ну правильно, раз их нельзя заколдовать, значит можно заколдовать воздух вокруг них!» Но тут она подумала: «Эй, а почему их было только четверо? И какой еще призыв?» Но ей тут же стало не до того – она была так рада видеть своих братьев! Эльда вскинула оба крыла, выпустив изрядно вспотевшего и помятого Рёскина, и окутала Блейда своими перьями:

– Блейд, я тебя люблю!

– И я тебя тоже! – сказал он и боднул ее головой на грифоний манер. Потом похлопал ее по боку. – Ну и здорова ты орать! Эти бандиты тебя, кажется, даже немного зауважали.

Эльда фыркнула и помчалась навстречу Киту. Тот был так рад ее видеть, что действительно сплелся с нею шеями, чего обычно не делал. Эльда наслаждалась знакомым запахом его чистых перьев, маслянистым блеском его пантерово-черных боков. Кит был весь черный, если не считать здоровенного светло-коричневого клюва. Ну и, разумеется, желтых глаз – хотя сейчас и они почернели от гнева и лишь постепенно снова становились золотистыми, как всегда. Но она подзабыла, какой он огромный – больше Калетты, больше этого мерзкого Джессака! Рядом с ним Эльда казалась себе крохотной, точно Рёскин.

– А что, на том материке все грифоны такие же мерзкие, как эти? – спросила она у Кита.

Ей сделалось страшно за Лидду.

– Ну что ты! Нет, конечно!

И Кит, очень довольный собой, направился к Блейду. Эльда затрусила рядом, удивляясь, почему Кит словно бы не замечает, что во дворе остался еще один чужой грифон – коричневый. Коричневый сидел в противоположном углу двора, в тени от крыльца столовой.

– Большинство грифонов очень славные ребята, – говорил Кит. – А эти – просто подонки. Изгои, объявленные вне закона. Но ты не тревожься. Сдается мне, они не скоро вернутся обратно.

– А за что их изгнали? – полюбопытствовала Эльда, испуганно оглянувшись на застывшего в углу коричневого грифона.

– Да уж не за то, что они приставали к Калетте, будь уверена! – сказал Кит, подходя к Блейду. – Им просто нравится терзать и мучить людей и грифонов. Во время войны они неплохо позабавились!

– А тамошний народ – чересчур культурный, чтобы разобраться с ними по-нормальному, – добавил Блейд. Эльда видела, что Блейд возмущен их мягкотелостью. – Родственники Джессака наняли кучу адвокатов, и адвокаты доказали, что в Джессаке и его дружках якобы пробудились первобытные инстинкты и они за себя не отвечают. Поэтому их отправили в изгнание. А мы столкнулись с ними незадолго до того, и Джессак запал на Калетту.

– Адвокаты! – презрительно фыркнул Кит. – Кстати, а куда Калетта-то делась? Она говорила, она…

И тут он с размаху налетел на невидимую Калетту. Калетта вздыбилась и завопила. Кит шарахнулся назад:

– Это что еще?..

– Ты на меня наступил, олух неуклюжий! – раздался из пустоты голос Калетты.

Эльда с Рёскином покатились со смеху. Клавдия тоже. Она только-только поднялась на ноги, опираясь на вешалку – ноги ее не очень-то слушались. Теперь она стояла, держась за вешалку, и хохотала.

– Ты где? – спросил у пустоты Кит.

– Откуда я знаю? – сердито ответила Калетта. – Я сама себя не вижу!

– Она попросила нас сделать ее невидимой, потому что не хотела, чтобы Джессак ее заметил, – давясь смехом, объяснила Клавдия.

– Разумно, – сказал Блейд.

Он тоже ухмылялся. А вот Киту было совсем не смешно.

– Так и знал, что ты выкинешь какую-нибудь глупость! Ради всего святого, где ты?

Он встал на задние лапы и принялся медленно продвигаться вперед, шаря перед собой передними, словно в жмурки играл.

– Как я могу сделать тебя снова видимой, если не знаю, где ты?

– Не знаю… Уйя-а! Ты мне на хвост наступил! – взвыла Калетта, и Кит отлетел в сторону, отброшенный невидимым телом, таким же огромным, как его собственное.

Чтобы не упасть, он ухватился когтями за статую волшебника Поликанта. Хрясь! Статуя пошатнулась, переломилась в лодыжках и рухнула, сперва на что-то мягкое – раздался вопль Калетты: «Ай! Дурак! Погляди, что ты наделал!» – а потом со стуком покатилась по двору к ногам Кита. Кит, словно огромный перепуганный кот, боком отскочил в сторону, выгнул спину и вздыбил шерсть.

Клавдия задохнулась и указала на пьедестал.

– В чем дело? – испугался Блейд.

– Ноги!

Клавдия сглотнула.

– Ноги!

Она снова задохнулась, но все-таки сумела выдавить в промежутках между приступами хохота:

– Ноги! В остроносых башмаках! Охх!

И она сползла вниз по вешалке, корчась от смеха.