Читаем Гобелен полностью

– Выходит, я, по крайней мере, заставил вас улыбнуться. А еще угостил таким кофе, за какой вы бы и заплатили с готовностью, – подытожил Робин, чудесным образом озвучив мысли Джейн.

– А скажите, Робин: почему вы, имея немало богатых и щедрых клиентов, бесплатно возитесь с посторонними людьми вроде меня, да еще и кофе на них тратите?

Робин по-птичьи склонил голову, пожал плечами.

– Знаете, это вроде адвокатской профессии. Я обладаю умениями, которые время от времени бывают необходимы абсолютно всем. К сожалению, не все могут позволить себе такую роскошь, как сеанс ясновидения. Самому-то мне повезло – я не стеснен в средствах, но на улицах я встречаю множество несчастных людей. Поэтому каждые три месяца я бесплатно провожу пять сеансов ясновидения. Ну а если кто-нибудь из моих бесплатных клиентов захочет второй, третьей, четвертой встречи, я ее проведу уже за обычную плату. На свои бесплатные сеансы я смотрю так же, как дипломированный юрист смотрит на благотворительность. Помогать людям – это очень важно. А выделить на это время – совсем не трудно.

– Так вы филантроп, – протянула Джейн.

Робин пожал плечами.

– Зато бессонницей не страдаю.

Одним глотком он выпил чуть ли не треть содержимого своего стаканчика, салфеткой промокнул бороду, на которой зависла молочная капля. – Как вы себя чувствуете?

– В каком смысле?

– С тех пор, как пришли ко мне.

Джейн снова насторожилась.

– Хорошо, спасибо.

Робин мягко улыбнулся, и Джейн в очередной раз удивилась заразительности его настроения и свету в глазах, да и во всем облике.

– Это заметно, да? – смущенно спросила она.

– Что вы хотите задать некий вопрос? Или что вы в глубоком шоке?

– И то и другое, – пролепетала Джейн, вскинув ресницы.

– Да.

– Да? Что – да?

– Я ответил на ваш вопрос. Оба обстоятельства, объединившись, темной тенью следуют за вами по пятам. Вдобавок есть еще и третий компонент.

– Какой?

– Чувство вины.

Слово «вина» обрело плоть, зависло между Джейн и Робином. Лицо Робина надолго усвоило безмятежное выражение. В других обстоятельствах Джейн бросилась бы нарушать тишину.

– Значит, вам нет нужды смотреть на кофейную гущу или на мои ладони?

– Равно как и щупать ваше великолепное кольцо, подаренное по случаю помолвки, – усмехнулся Робин. – Конечно, такая бутафория не для профессионалов вроде меня.

Джейн прицепилась к упоминанию о кольце.

– Всякому видно, что кольцо новенькое, – с вызовом сказала она.

– Да. Но, согласитесь, не всякому видно, что подаривший это кольцо находится между жизнью и смертью.

Джейн едва не задохнулась. Прижала ладони ко рту, чтобы не вскрикнуть – крик застрял в горле. Предательские слезы покатились по щекам – и, разумеется, подтвердили Робину его правоту. Робин сидел перед Джейн, такой аккуратненький, собранный, явно забавляющийся ее недоверием, – Джейн поняла, что он не нуждается в подтверждениях. Он просто знает про нее все, что требуется в данной ситуации.

– Простите. Это все мой несносный характер, мое вечное желание показать товар лицом. Я не шарлатан, хоть меня таковым и считают. Я хочу вам помочь. Как вам помочь, Джейн? С какими вопросами вы пришли ко мне?

Джейн было безразлично, каким образом Робин узнал про Уилла; сам факт ее потряс – но в то же время и успокоил.

С витражной рамы вдруг взвились голуби, послышалось воркование, шелест крыльев. Это показалось Джейн символичным, и она озвучила самый важный для себя вопрос:

– Почему я чувствую себя виноватой?

– Гм… Правда известна только вам. Однако тот факт, что вы об этом спрашиваете, наводит меня на мысль, что под виной вы разумеете не какую-нибудь банальную измену или что-то в этом роде. Нет – вы хотите докопаться до смысла любви, до сути этого чувства.

Джейн сглотнула, надеясь, что Робин не заметил вновь подступивших слез.