– В субботу, в Сиолиме, в восемь вечера. Все очень просто, мы передадим деньги, нам отдадут товар, а уже где-то через месяц у тебя на кармане будет тысяч пятнадцать, и ты поедешь в Германию упакованным болельщиком. А когда вернешься, – придумаем еще что-нибудь. Пошли обратно, а то твою подружку все бросили, а ей сейчас, похоже, не очень хорошо.

Барбекю получилось на славу – огромный кингфиш, завернутый в фольгу, едва поместился на мангале, ароматы специй лучше любого зазывалы собрали людей в «Маркусе». Вера и Лида чувствовали себя в компании израильтян очень уверенно. Стейси и Пол сели за дальний столик, наблюдая, как по стаканам разливается дешевый портвейн. Со всех сторон неслось «ле хаим», а в воздух поднимались клубы дыма.

– У вас тут хоть телевизор есть? – Стейси было скучно смотреть на простые радости.

– Был, но Марк выкинул его год назад и считает, что это один из самых важных поступков, которые он совершил в своей жизни.

– А что с ним?

– Он принципиально не смотрит телевизор и не читает газеты, говорит, что хорошие новости мы получаем бесплатно, а платить за плохие нет смысла.

– Странная у тебя тут компания.

– Да я скоро от нее отвалю. У нас на днях крупная сделка с ниггерами будет, закончим ее, и я уеду – сначала в Германию на чемпионат, а потом, наверное, домой, до следующего сезона.

– А что за сделка? – глаза Стейси загорелись нездоровым блеском, а рука автоматически потянулась за мобильным. – Расскажешь?

20.

«Почему все называют Гоа местом силы? Почему люди уезжают из Москвы, бросают семьи, работу, привычный комфорт и месяцами пропадают на полудиких пляжах, даже не задумываясь о том, что принесет с собой завтрашний день? Почему их сюда тянет, как металлическую стружку магнитом, и почему вырваться отсюда с каждым прожитым здесь днем все сложнее и сложнее? Симптом…»

Пару дней Болт пребывал в амебном состоянии. Сил хватало только на то, чтобы утром открыть глаза, позавтракать и доползти до пляжа, там лечь на спину в соленую океанскую воду и качаться на волнах, утопая взглядом в бесконечной синеве небес. Марик и Влада куда-то пропали, оставив вместо себя противного индийца с одним глазом – он постоянно ходил за Сергеем и пытался ему что-то рассказать, но Болт ничего не понимал и очень скоро начал от него прятаться.

Вася заехал один раз на несколько минут, привез творог и квас, оставил немного гашиша и уехал, как Карлсон пообещав вернуться. Когда это случится – он не уточнил, но Болт к тому моменту уже понял, что здесь нельзя ничего планировать. «Из пункта А и из пункта Б одновременно навстречу друг другу вышли с одинаковой скоростью два человека… В Гоа вопрос о том, когда и где они встретятся даже не обсуждается, более значимым вопросом является, встретятся ли они вообще, изначально поставив перед собой такую задачу. Теория вероятностей здесь не работает даже в самом простом своем виде, зато вероятность появления какой-либо теории очень высока. Еще один симптом…».

За прошедшие дни Болт услышал их много, каждый из его соседей по гест-хаусу имел свою личную и придерживался только ее. Диджей Ваня, щупленький паренек с татуировкой на левом плече, был уверен, что его связь с космосом поддерживается через гоа-транс и открывается в те моменты, когда он становится за вертушки. «Я чувствую, как нагревается в эти моменты мой Ом!», – он хлопал себя ладонью по вытатуированному синей краской знаку, и усомниться в том, что Ваня находится в контакте со звездами гораздо чаще, чем играет музыку, было невозможно.

Испанец Хулио, так, по крайней мере, он себя называл, абсолютно четко в течение одного косяка разложил Болту по полочкам современную мировую экономику – оказалось, что всем правит Билл Гейтс, через несколько лет «Windows» начнет работать только на него, обеспечивая магната еще большим могуществом и мировым господством. На двери бунгало у Хулио висела фотография самого дьявола с подрисованными рожками на голове. Для большей схожести. У девочки Даши была теория гедонизма – удовольствие надо получать каждую минуту и делиться им со всеми. «Я просто хочу рассказать о той радости, которую вижу вокруг себя. Не осуждайте меня за это. Не осуждайте, что я вижу вокруг себя только добро», – и никто не осуждал, наблюдая, как она ночью голышом танцует под звездным небом. Всем очень нравилось, особенно испанцу Хулио.

«Очень много странных людей вокруг, такое впечатление, что все целенаправленно едут в Гоа, чтобы найти здесь подтверждение своим мыслям. Тут они не выглядят настолько бредово, здесь все имеет право быть. Очень важный симптом, – Болт лениво качался на волнах, наблюдая, как солнце сорвалось с неба и стремительно тонет в океане, – самое быстрое, что происходит в Гоа, – это закат».

Марик и Влада появились как только наступили сумерки, их ботинки были в красной пыли, лица покрыты дорожным загаром, они оживленно обсуждали свою поездку в Махараштру к Редди-форту.