Крутые ступеньки полукругом спускались в грот, сразу за ними перед глазами Болта открылась площадка, заполненная людьми. Их одежда светилась в ультрафиолете цветами растворов, обычно стоящих за стеклом в кабинете химии. Образец цвета дредов диджея вообще обычно прятался в колбе под замок и опечатывался химичкой вместе с ее личной росписью на приклеенной полоске бумаги.

Воспоминания о школьном кабинете вернули мысли Болта в Россию – прошла всего неделя, но эта неделя не то пролетела, как одно мгновенье, не то растянулась линией длиною в жизнь. Понять это было сложно, очень странные метаморфозы происходили здесь со временем. Иногда оно скакало, как пинг-понговый шарик между ракетками китайских теннисистов, иногда растягивалось, как те самые яйца кота, о которых Сереже постоянно говорила его бабушка.

Сейчас его вообще не было. Было пространство, было много танцующих в нем людей, были разукрашенные флуоресцентными красками стены, ограничивающие это пространство с трех сторон, был шумящий океан с четвертой стороны. Была музыка, заполнившая это пространство со скоростью все того же пинг-понгового шарика, были еще быстрее прыгающие в голове мысли, но все это существовало по ту сторону времени. К такому Болт готов не был – он привык к девяти – на работу, в час – на перерыв, ужин – около семи и фильм по ОРТ – без двадцати одиннадцать. А тут это разрушилось, как по щелчку пальцев в воздухе. Раз – и нету, пропало время.

Болт почувствовал дискомфорт, то ли от непривычных ощущений, то ли оттого, что музыка поменялась – на месте диджея уже стоял похожий на японца худощавый мальчик в больших очках в роговой оправе. Он совершенно не интересовался, что происходит на танцполе, и увлеченно, как трехлетний ребенок с конструктором «Лего», разбирался с микшерным пультом. Слушать это было неприятно – и не только Болту: вместе с большей частью людей он спустился еще по одним ступенькам на уровень ниже.

Назвать то, что увидел Сергей, каким-то одним словом, было невозможно – для кого-то это было едальней, для кого-то – курильней, для кого-то – спальней, но в целом для всех это было тусовкой.

«Вот оно! – подумал Болт. – Люди со всего мира в одном месте, под одним небом, с одной музыкой. Так, как и должно быть!»

Он остановился, любуясь мерцающими огнями керосиновых горелок, вокруг них кругами сидели люди в ярких одеждах, в воздух поднимался дым гашиша и пар горячего чая, пахло омлетом и жареным хлебом, шум бьющихся о камни волн был громче парализующей музыки наверху.

– Move, motherfucker! – кто-то больно двинул Болта в плечо, освобождая проход. Сергей понял, что с ним обошлись грубо, он даже сжал кулаки и замахнулся, но…

…«Это ведь не Королев!» – как молния пронеслось в голове Сергея, и он опустил руки. «Это же Гоа!» – и он преисполнился любовью ко всем, кто проходил мимо.

Махиндра и Юра, увидев Болта, замахали ему руками, и он двинулся в их сторону, аккуратно лавируя среди расставленной у циновок обуви.

– Привет, садись к нам, – какой-то парень в цветной лунги, с бородой, с зеленым футляром для ручек на шее, подвинулся, освобождая место рядом с Машей. Болт разулся и опустился на соломенную подстилку.

– Хочешь чаю? – Сергей увидел огромные зрачки Махиндры, в Манчесе они были гораздо меньше… Что ж, раз от чая вставляет еще сильнее, то…

– Почему бы и нет? – Болт повертел головой в разные стороны. – Надо позвать официанта, заказать.

– Меня Вася зовут, – парень в цветной лунги протянул руку, потом показал на старую индианку, больше смахивающую на цыганку, и начал объяснять: – Здесь официантов нет, вот эти тетки рядом с примусами называются чай-мамами, кроме чая, у них есть сигареты, вода и жаренные с луком яйца.

– А жвачка? – Болт поймал себя на том, что последние часы он без устали жевал свой язык и скрипел зубами.

– Жвачка есть вон у тех пацанов, – среди чай-мам неугомонно шныряли грязные малолетки в оборванной одежде, принимая заказы и передавая их по назначению. – Еще у них есть гашиш, а вон у того, – Вася пальцем показал на шустрого босого паренька, который ни на мгновенье не останавливался, перебираясь от одной группы людей к другой, в общем, без дела не сидел, – так вот, у него сегодня отличные розовые кристаллы. Рекомендую попробовать.

– Кристаллы?

11.

…Бежать, не останавливаться…

«Куда?»

…Прямо, направо, вдоль кирпичной стены, опять направо…

«Уйди с дороги!»

…Дверь нараспашку, огонь на плитах, запах карри…

«Там должен быть черный ход!»

…Бежать, не останавливаться… Других вариантов нет. Все должно было быть по-другому. У входа «мерседес», потом отель, утром аэропорт и… Прощай Бомбей, здравствуй, Гоа!

«А вместо этого?».. Арун с разбега открыл дверь и выскочил во двор кухни. Из-под кроссовок брызнули грязные лужи помоев, резкий запах ударил в нос. Он перемахнул через забор и сразу оказался на улице.

– Полиция! Остановитесь! – офицер был слишком толст, чтобы продолжать погоню в лабиринтах Бандры. Он проводил взглядом беглеца, громко отдышался и сел на корточки. – Чертов поганец, откуда он там взялся?