Читаем Глобальный Смутокризис полностью

Жаль, не сохранились у меня записи беседы, что случилось мне вести в начале 1992 года с советским ученым-оборонщиком Аланом Пероте, занимавшимся системами наведения для бортового оружия истребителей и вертолетов. А он еще тогда с цифрами в руках доказывал неизбежный крах либеральных реформ в экономике. Надеюсь, этот замечательный ум жив до сих пор – и читает сию книгу. Потому шлю ему привет сквозь годы.

Все же советская цивилизация производила на свет ярчайших прогнозистов и мыслителей. Но, увы, никто их не слушал тогда, в 90-е. Что ж, пришла пора присмотреться к отечественным умам. Чего нам жить обанкротившимися западными теориями? Сами думать умеем.

Правда, власть имущие всегда стремились «забить» на информацию о кризисах. Они всегда сначала делают вид, будто ничего страшного не произошло. Наверное, самый близкий аналог нынешних глобальных финансово-экономических несчастий – это Великая депрессия 1929–1939 годов, переходящая во Вторую мировую. Так вот, когда грянул гром 29 октября 1929 года и на фондовой бирже разразился крах, начался кошмар. Как и в наши дни, банки лопались один за другим, закрывались фабрики, отели и магазины, на улицы выплеснулись первые миллионы безработных. Хотя, казалось, ничего ведь не изменилось: на месте остались предприятия, запасы сырья, станки и машины. И в то же время все словно исчезло. Тогдашний президент Соединенных Штатов Герберт Гувер в 1930 г. заявил: «Что нам действительно надо – так это как следует расхохотаться. Если бы кто-то мог отпускать хорошую шутку хотя бы раз в десять дней, я думаю, все трудности остались бы позади!»

Но тем, кто в тридцатом уже рылся на помойках в поисках объедков, было не до смеха. В США назревал бунт голодных и безработных. В 1932 году безработных было уже 12,5 миллиона душ, многие реально погибали от голода. Губернаторы некоторых штатов мобилизовали нацгвардию, чтобы закрыть дороги для толп безработных бродяг. А власть имущие шутить изволили. И никто не думал, что шуточки-прибауточки тогда закончатся торжеством тоталитарных режимов и Второй мировой с пятьюдесятью миллионами жертв…

Поразительно, как это похоже на дни нынешние! Аналогом 29 октября 1929 года нынче можно считать 15 сентября 2008-го – день, когда объявили о банкротстве сверхбанка «Леман Бразерс». Именно это событие уподобилось удару цунами по глобальному финансовому рынку, вызвав обвал котировок на американских, а затем и на всех прочих фондовых биржах планеты.

Работая над этой книгой в конце 2008 – начале 2009 г., автор сам видел, как менялись прогнозы западных властей. В сентябре 2008-го они говорили, что нынешний кризис был продлится максимум полгода. Потом оказалось – кризис сильнейшим с 1991 года. Потом заговорили о том, что спад – тяжелейший с начала 1980-х, а сам он уже продлится год. В январе 2009-го западные «випы» глаголили уже о том, что нынешняя депрессия сравнима с Великой, а конец ее (выражение главы Федеральной резервной системы Бена Бернанке) – неопределен. А по россиянскому радио «Юмор FМ» крутили натужно-веселые скетчи на тему «Загоним кризис обратно в Америку!». Типа – шуткой да по депрессии…

А нам – не до шуточек. Все крайне серьезно.

Между прочим, Великая депрессия-1 обошлась Америке очень дорого. У нас все самобичуются по поводу жертв сталинских коллективизации и индустриализации, а между тем в Штатах тогда творилось такое, что волосы дыбом становятся. Знаете ли вы, что материалы переписи населения в США в 1932 году уничтожены? Что в начале тридцатых прирост населения в Америке странным образом уменьшается вдвое и странным образом возвращается к показателям 1920-х уже в сороковые годы? И вообще за 1931–1940 годы США недосчитываются семи с лишним миллионов человек? Об этом написано в работе Б. Борисова «Голодомор по-заокеански». То есть нищета и голод косили американцев в пору прошлой Великой депрессии миллионами.

«Всего согласно расчетам в 1940 году население США при сохранении прежних демографических тенденций должно было составить как минимум 141,856 миллиона человек. Фактически же население страны в 1940 году составило всего 131,409 миллиона, из которых только убыль в 3,054 миллиона можно объяснить изменениями в динамике миграции.