Читаем Глобальные трансформации современности полностью

С другой же стороны, накопленные факты свидетельствуют о зигзагообразном характере истории человечества, к тому же часто наблюдается несоответствие между уровнем технологии и уровнем социально–культурного развития конкретных обществ. Это создает серьезнейшие трудности для формационного подхода. Ярким примером несовершенства традиционных методологических подходов служит необъяснимость, казалось бы, уже давно и хорошо изученного феномена античной цивилизации. Так, древнегреческая культура в целом стала фундаментом всей последующей цивилизации Запада. Но сам феномен «древнегреческого чуда» — поразительного всплеска духовной энергии маленького народа — так и не получил убедительного объяснения.

В этой связи перспективной представляется система подходов, развиваемых историками школы «Анналов», в особенности концепция мира–экономики, разработанная Ф. Броделем. В своей эпохальной работе «Материальная цивилизация, экономика и капитализм, XV–XVIII вв.» он дает весьма развернутую и убедительную трактовку этого понятия. Мир–экономика — это «экономически самостоятельный кусок планеты, способный в основном быть самодостаточным, которому его внутренние связи и обмены придают определенное органическое единство». В частности, в средние века такой мир–экономика сформировался в Западной Европе — до Польши и Скандинавии включительно. Причем пространство мира–экономики наряду с отсталой периферией «предполагает наличие некоего центра, служащего к выгоде какого–либо города и какого–либо уже господствующего капитализма». При этом, как правило, границы мира–экономики совпадают с границами культурными, цивилизационными. «Так, вексель, главное оружие торгового капитализма Запада, обращался почти исключительно в пределах христианского мира еще в XVIII в., не переходя эти пределы в направлении мира ислама, Московской Руси или Дальнего Востока. Не оставаться в кругу своих, в кругу купцов, руководствовавшихся теми же принципами и подчинявшихся той же юрисдикции, означало бы рисковать сверх меры. Тем не менее здесь речь шла не о техническом препятствии, а скорее о культурном неприятии, поскольку за пределами Запада существовали плотные и эффективные кругообороты векселей, к выгоде купцов мусульманских, армянских или индийских. И эти кругообороты в свою очередь останавливались у границ соответствующих культур»79.

Как видим, концепция «мира–экономики» вобрала в себя черты всех трех рассмотренных выше концепций. По сути, миры–экономики в описании Ф. Броделя — это те же цивилизации. Ф. Бродель в этой же работе выделяет четыре стадии развития человеческих обществ: «дикости» (присваивающего хозяйства), варварства (стадия «культуры»), цивилизации Старого порядка и стадию «современного (индустриального) общества». Важнейшую роль в концепции «мира–экономики» играет понятие его центра. В целом в каждом мире–экономике в направлении от периферии к центру формировались все более высокоразвитые в социально–экономическом отношении общества, в том числе имевшие современные черты (на что впервые обратили внимание историки — «модернизаторы» — Т. Момзен, Э. Мейер, М. Ростовцев).

Принципиальным недостатком работ Ф. Броделя можно считать сосредоточение внимания почти исключительно на экономической проблематике, недоучет взаимовлияния социально–экономической и духовной сфер (хотя в целом школа «Анналов» очень серьезно разрабатывает эту тему). Также в его труде подходы к исследованию обществ XV–XVIII вв. почти не экстраполируются на эпоху античности, хотя сам автор подчеркивает корректность этой экстраполяции (например, говоря о технологии эллинистической эпохи)80.

Представители школы «Анналов» сформулировали целый ряд общих положений, относящихся к философии истории. Но все эти положения сформулированы только на основании обобщения конкретно–исторического материала. Ф. Бродель так определил свое кредо исследователя: «Мы предпочитаем поискам дефиниции в абстракции наблюдение конкретных случаев опыта»81. Любые историко–философские схемы, не подкрепленные исчерпывающим фактическим материалом, по мнению Ф. Броделя, есть вредная спекуляция.

Для адекватного понимания исторического процесса и современных трансформаций глобализированного человечества важным представляется разработка понятия «стадиальные флуктуации». Вообще термин «флуктуация» применяется довольно широко по отношению к различным социальным явлениям. Так, «Словарь иностранных слов» определяет слово «флуктуация» как «1) случайное отклонение величины, характеризующей систему из большого числа частиц, от ее среднего значения; например (…) флуктуация плотности населения в пределах страны»82.