Читаем Глобальные трансформации современности полностью

По условиям Люблинской унии 1569 г. Польша и Великое княжество Литовское объединяются в федеративное государство Речь Посполитую, при том, что Украина переходит под прямую юрисдикцию Польши. Политическая экспансия подкреплялась конфессиональной: в 1596 г. на соборе в Бресте православные иерархи Украины и Белоруси приняли унию с католицизмом и признали над собою верховенство папского престола. Однако население в массе своей отвергло это решение, и в 1620 г., при активном участии запорожских казаков под руководством гетмана П. Сагайдачного, в Клеве была восстановлена православная митрополия.

Кульминацией западнохристианского наступления на восток было вмешательство Речи Посполитой в дела Московского государства в Смутное время — с провозглашением московским царем королевича Владислава (сына Сигизмунда III, будущего короля Владислава ГУ), занятием польским гарнизоном Кремля в 1610–1612 гг. и последующим удержанием Смоленской и Северской земель. Параллельно Швеция, вернув Новгородскую землю, сохранила за собой берега Финского залива с Невою до Ладожского озера.

В результате большая часть экономически наиболее развитых восточно–славянских земель оказалась в сущности под колониальным правлением Польши и через нее вошла в качестве аграрного придатка в систему европейского (прежде всего — балтийского, поскольку зерно и прочие сельскохозяйственные товары вывозились с Украины по Западному Бугу и Висле через Гданьск) рынка. Повышению спроса на украинскую сельскохозяйственную продукцию способствовало похолодание, имевшее место в Европе в конце XVI — первой половине XVII вв., сократившее производство зерна в бассейнах Северного и Балтийского морей. В североевропейский рынок постепенно начинало втягиваться и отстоявшее свою самостоятельность Московское государство — в качестве поставщика сырья, мехов и прочих товаров преимущественно лесной зоны.

Таким образом, в XVI–XVII вв. как Америка, так и Восточноевропейско–Евразийский регион (территория Речи Посполитой без собственно Польши как метрополии и все Московское государство с приобретавшимися им территориями за Уралом, до Тихого океана) в экономическом отношении превращаются в аграрно–сырьевые придатки Новоевропейской цивилизации. Она своим спросом на ту или иную продукцию начинает прямо воздействовать на направление их экономического роста, оказывая при этом существенное влияние также и на их политическое и культурное развитие.

При этом если Америка оказалась подчиненной Западу непосредственно и в политическом, и в религиозном (в пределах владений католических держав — Испании, Португалии и Франции) отношениях, то евразийское Московское государство отстояло политическую и церковную независимость. Последняя, будучи едва не утраченной, была восстановлена и на православных украинско–белорусских землях. К тому же и Украина полностью поляками так и не была подчинена — Запорожье, с момента своего возникновения в 50‑х гг. XVI в., держалось самостоятельно, выступая незатухающим очагом антипольских восстаний и, в то же время, совместно с казачьим Доном, противостоя турецко–татарской экспансии.

Эти процессы происходили на фоне почти непрерывных войн католических средиземноморско–дунайских государств испанской и австрийской ветвей дома Габбсбургов, в союзе с Венецией и Речью Посполитой, а с конца XVII в. и Московским государством, с Османской империей — ведущей военно–политической силой тогдашнего Мусульманского мира.

В 1526 г. турками была завоевана Венгрия, и вскоре после этого жители Вены впервые увидели янычар под своими стенами. К концу XVI в. власть султана простиралась уже от Атлантики (Марокко) до Каспия и Персидского залива. В 1678 г. турки завладели руинами Чигирина, гетманской столицы Украины, а в 1683 г. держали в осаде Вену, спасенную польско–казацким войском короля Яна III Собесского. Этот момент стал переломным в борьбе народов Центральной и Восточной Европы против турецкой экспансии. Началось контрнаступление государств «Священной лиги», и по соглашениям Карловицкого конгресса 1698–1699 гг. Австрия приобретала Венгрию, Трансильванию, Хорватию и Словению, Речь Посполитая восстанавливала свой суверенитет над Подолией и южными районами Правобережной Украины, а Московское царство удерживало за собою Азов.

Во второй половине XVIII в. натиск христианских держав, прежде всего, России и Австрии на Турцию резко усилился. Екатерине II удалось присоединить Северное Причерноморье, и она даже разрабатывала проект воссоздания Византийской империи на Балканах, со столицей в Константинополе, для царствования своего второго внука Константина. В это же время Восточное Средиземноморье в торговом отношении все интенсивнее втягивается в образовывающуюся вокруг Западноевропейского центра опережающего развития макроэкономическую систему.

Перейти на страницу:

Все книги серии Цивилизационная структура современного мира

Глобальные трансформации современности
Глобальные трансформации современности

Издание представляет собой результат комплексного осмысления цивилизационной структуры мира в плоскостях мир–системного и регионально–цивилизационного анализа. В книге публикуются материалы исследований: формирования и основных направлений трансформации современной цивилизационной структуры в ее вариативности и региональности; актуальных проблем и противоречий развития человечества. Первый том посвящен вопросам глобальныThх трансформаций современности.Издание рассчитано на научных работников, преподавателей и студентов гуманитарных факультетов, всех, кто интересуется перспективами развития человечества.

Николай Васильевич Фесенко , Павел Владимирович Кутуев , Олег Борисович Шевчук , Максимилиан Альбертович Шепелев , Игорь Николаевич Рассоха

Обществознание, социология
Макрохристианский мир в эпоху глобализации
Макрохристианский мир в эпоху глобализации

Книга представляет собой осмысление генезиса, характерных черт и современных трансформаций Западной, Восточнославянско–Православной и Латиноамериканской цивилизаций, объединяемых под общим понятием «Макрохристианский мир», а также нынешнего состояния зон его стыков с Мусульманско–Афразийской цивилизацией (Балканы, Кавказ, Центральная Азия). Структуры современного мира рассматриваются в динамике переходного периода, переживаемого сегодня человечеством, на пересечении плоскостей мир–системного анализа и регионально–цивилизационного структурирования. На широком экономическом, политологическом, социологическом, историческом материале анализируется формирование и основные направления трансформации современной цивилизации в их вариативности и региональном своеобразии; выделяются основные проблемы и противоречия цивилизационного развития Макрохристианского мира. Особое внимание уделено соотношению взаимосвязанных и взаимообусловленных тенденций глобализации и регионализации, осуществляющемуся преимущественно на цивилизационных основаниях.Рассчитана на научных работников, преподавателей и студентов общественных и гуманитарных факультетов высших учебных заведений, всех, кто интересуется судьбами и перспективами современного человечества.

Василий Прохорович Кириченко , Рустем Наильевич Джангужин , Сергей Леонидович Удовик , В. О. Маляров , Александр Яковлевич Маначинский

Обществознание, социология

Похожие книги

Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в ХХ веке
Политическая история русской революции: нормы, институты, формы социальной мобилизации в ХХ веке

Книга А. Н. Медушевского – первое системное осмысление коммунистического эксперимента в России с позиций его конституционно-правовых оснований – их возникновения в ходе революции 1917 г. и роспуска Учредительного собрания, стадий развития и упадка с крушением СССР. В центре внимания – логика советской политической системы – взаимосвязь ее правовых оснований, политических институтов, террора, форм массовой мобилизации. Опираясь на архивы всех советских конституционных комиссий, программные документы и анализ идеологических дискуссий, автор раскрывает природу номинального конституционализма, институциональные основы однопартийного режима, механизмы господства и принятия решений советской элитой. Автору удается радикально переосмыслить образ революции к ее столетнему юбилею, раскрыть преемственность российской политической системы дореволюционного, советского и постсоветского периодов и реконструировать эволюцию легитимирующей формулы власти.

Андрей Николаевич Медушевский

Обществознание, социология
Возвратный тоталитаризм. Том 2
Возвратный тоталитаризм. Том 2

Почему в России не получилась демократия и обществу не удалось установить контроль над властными элитами? Статьи Л. Гудкова, вошедшие в книгу «Возвратный тоталитаризм», объединены поисками ответа на этот фундаментальный вопрос. Для того, чтобы выявить причины, которые не дают стране освободиться от тоталитарного прошлого, автор рассматривает множество факторов, формирующих массовое сознание. Традиции государственного насилия, массовый аморализм (или – мораль приспособленчества), воспроизводство имперского и милитаристского «исторического сознания», импульсы контрмодернизации – вот неполный список проблем, попадающих в поле зрения Л. Гудкова. Опираясь на многочисленные материалы исследований, которые ведет Левада-Центр с конца 1980-х годов, автор предлагает теоретические схемы и аналитические конструкции, которые отвечают реальной общественно-политической ситуации. Статьи, из которых составлена книга, написаны в период с 2009 по 2019 год и отражают динамику изменений в российском массовом сознании за последнее десятилетие. «Возвратный тоталитаризм» – это естественное продолжение работы, начатой автором в книгах «Негативная идентичность» (2004) и «Абортивная модернизация» (2011). Лев Гудков – социолог, доктор философских наук, научный руководитель Левада-Центра, главный редактор журнала «Вестник общественного мнения».

Лев Дмитриевич Гудков

Обществознание, социология / Учебная и научная литература / Образование и наука
Русофобия
Русофобия

Имя выдающегося мыслителя, математика, общественного деятеля Игоря Ростиславовича Шафаревича не нуждается в особом представлении. Его знаменитая «Русофобия», вышедшая в конце 70-х годов XX века и переведенная на многие языки, стала вехой в развитии русского общественного сознания, вызвала широкий резонанс как у нас в стране, так и за рубежом. Тогда же от него отвернулась диссидентствующая интеллигенция, боровшаяся в конечном итоге не с советским режимом, но с исторической Россией. А приобрел он подлинное признание среди национально мыслящих людей.На новом переломном витке истории «Русофобия» стала книгой пророческой. Прежние предположения автора давно стали действительностью.В настоящее издание включены наиболее значительные работы И. Шафаревича советского периода.

Игорь Ростиславович Шафаревич

Обществознание, социология