— Ого, — пробормотал маленький голем. Могло ли это быть прорывом? Дистанционное копирование нанесло бы удар по всему укладу жизни, к которому мы наконец-то стали привыкать после нелегких и бурных лет.

Мы оба повернулись и посмотрели на дитКаолина. Тот ничем не выдал своей реакции. Но какой она была несколько минут назад, при первом прослушивании?

— Наконец, — прошептал я, когда Серый начал задавать правильные вопросы.

Надо отдать должное, он и раньше выражал сомнения. Но от этого слушать рассказ было еще горше.

Может быть, Серый был немного дефективным. Вроде меня — низкокачественная копия с усталого, находящегося не в лучшей форме оригинала. В общем, не тот Альберт, которым он может быть. С другой стороны, им манипулировали эксперты. Возможно, у нас не было ни единого шанса.

Перед глазами вьется какое-то насекомое. Мне некогда отвлекаться — сбиваю его ловким движением руки.

Мини-Пэл впился когтями в псевдокожу.

— Черт возьми, Альберт. Я столько потратил денег на этих ос.

Он бросил на меня сердитый взгляд, как будто это я виноват в упрямстве Серого. Надо было бы сбросить его с плеча, но рассказ уже подходил к кульминационному пункту.

И сразу все становится на свои места… для максимизации разрушений они могли либо поставить таймер, либо запрограммировать взрыв на момент второго сканирования…

— Стоп! — кричу я…

С этого момента слова слились в подобие стона, хриплого и прерывистого: разбирать их стало трудно, как будто мы слушали бегуна или того, кто пытается сконцентрироваться на решении срочной проблемы.

Бедняга Серый пытался спасти не только свою жалкую жизнь.

Я замечаю своего Зеленого… на спине у него похожее на хорька существо… Похоже… он нашел более интересное занятие, чем уборка туалета. Молодец, зеленка!

Мне стало немного стыдно за свое высокомерное отношение к Серому. А смог бы я так же постараться, чтобы спасти его? Не остался бы жив реальный Альберт, если бы мы успели?

Сожалеть о чем-либо бессмысленно, ведь мои внутренние часы ведут обратный отсчет, приближаясь к нулю. Почему Каолин прокручивает запись нам? Посмеяться над нашим провалом?

Бедняга погрузчик извивается… винить его я не смогу, но все же упрямо лезу дальше……меня выедает……Глубоко ли я залез? Выдержит ли глиняное тело?

Все заканчивается пронзительным вскриком.

Пэллоид и я одновременно повернулись к бесстрастному, так похожему на реального Энею Каолину, который еще долго молча смотрел на нас. Одна его рука едва заметно дрожала. Наконец он заговорил низким усталым голосом, что было удивительно — ведь как голем он еще не дожил и до среднего возраста.

— Итак, хотите ли вы двое найти тех, кто осуществил все это?

Мы оба вытаращили глаза.

— Хотите сказать… — Я сбился. — Вы хотите нанять нас?

Интересно, чего именно ожидает от нас Каолин в оставшиеся десять (или меньше) часов?

Глава Глава 23

ГЛАЗИРОВАННЫЕ БУЛОЧКИ

…или как Альберт узнает, насколько реальной может быть реальность…

Пустыня намного ярче и светлее, чем ее изображают в голокино. Некоторые утверждают, что этот режущий свет даже способен проникнуть сквозь черепную коробку и повлиять на шишковидную железу, тот самый глубоко упрятанный «третий глаз», который мистики древности называли прямым входом в душу. Говорят, что опаляющий свет открывает скрытые истины. Или же сводит с ума, заставляя находить космическую важность в самой обыденной простоте. Неудивительно, что пустыня — традиционное убежище тронувшихся рассудком аскетов, ищущих там лик Божий.

Вообще-то я был бы не против наткнуться сейчас на какого-нибудь аскета.

Попросил бы одолжить телефон.

Работает ли эта штука? Последние два часа я потратил на то, что возился с крохотным, работающим за счет мускульной силы звуконакопителем. Для проверки я даже рассказал о событиях прошлой ночи. Но сначала мне надо извлечь прибор из серой заготовки, лежавшей в багажнике моего разбитого «вольво». Мерзкая работа, но дитто в любом случае испортился. Вышла из строя и вся электроника. Таков вот грустный итог одного-единственного выстрела, произведенного платиновым Каолином.