Читаем Глина полностью

Должно быть, именно осознание этого привело в ужас профессора Махарала, спровоцировало разрыв между ригом и роксом, между человеком и големом, копией и архетипом, дитто и хозяином. Реальный Йосил увидел, что естественным следствием его изысканий будет самоубийство. Возможно, он даже согласился с этим. В абстрактном смысле. Но тело ринулось защищать себя, затопляя мозг гормонами паники, заставляя его скрываться. В итоге Махарал предпринял отчаянную и безнадежную попытку укрыться в горах.

Конечно, реальный Альберт должен был последовать за ним и тоже умереть. Зеркала нужно было избавить от якоря. Небольшая плата за выход на новый уровень. Теперь я его понимаю.

Но теперь я понимаю и кое-что еще.

Недостаточно обрубить связь лишь с двумя телами. Чтобы утолить голод глазера, нужно множество душ.

А значит, много-много смертей.

Я вижу образы… то, что дитЙосил затолкал в самый угол мозга. Я вижу символ — трилистник из кроваво-красных кос. И снова — «воздушное заражение». И еще… Ракеты, аккуратный ряд ракет, похищенных и хранящихся в полной готовности к запуску. Их цель — город. Я чувствую, что момент удара близок…


Мне необходимо знать больше.

То, что спланировал дитЙосил, может быть оправдано. Эволюция не обходится без боли и потерь. Сколько умерло рыбы ради того, чтобы потом несколько смогли подняться на ноги. Результат того стоил.

Но достижимы ли поставленные Махаралом цели? Йосил уже доказал свою неосторожность, свою небрежность. Эксперимент сошел с намеченного курса, иначе я не ощущал бы нарастающий прилив энергии и амбиций, набирающий силу по мере того, как мои множащиеся двойники накапливают мощь, подобно собирающейся под вулканом магме. Я готов подняться на гребень Достоянной Волны… этого дитЙосил не предвидел.

Если он допустил одну ошибку, то может допустить и другие. Лучше проверить все еще раз. И побыстрее.

Нельзя позволить, чтобы он погубил столько невинных. По крайней мере пока я не буду уверен в высокой степени вероятности успеха.

Глава 54

КАК КИРПИЧ

…или как Гамби становится частично полезным…

Медленно ползу по следу ног, отпечатавшихся в пыли… тащу мертвый груз умирающего тела…

В моем распоряжении одна здоровая рука и кое-как функционирующая нога. Что дает мне силы претерпевать эту муку? Наверное, упрямство.

Чем я заслужил такие страдания?

Моя цель — не упустить Бету, поймать врага прежде, чем мое тело растворится, помешать осуществлению его плана… в чем бы он ни заключался. А если на это не хватит сил? Ну, тогда хотя бы доставить ему пусть небольшое неудобство. По крайней мере укусить негодяя за лодыжку.

Согласен, план не очень… но любопытство, еще одна мотивация всех моих усилий последних двух дней, уже не служит былую службу. Мне наплевать на то, какую там тайную войну ведут между собой три гения — Бета, Каолин и Махарал. Вот только все трое полагают, что избавились от упрямой дешевой зеленой копии, и будь я проклят, если не докажу им обратное!

С такими вот чувствами я прополз через домик Махарала и потащился в горы, следуя за отпечатками ног Беты, которые привели в пещеру, естественного происхождения грот, вероятно, и побудивший Махарала построить дом именно здесь, над входом, а уже затем превратить каверну в подземную лабораторию.

В рассеянном свете ламп неровный пол пещеры перечерчивают длинные тени сталактитов. Поблескивают, падая, капли воды. Если бы мои уши функционировали в нормальном режиме, я бы наверняка услышал мелодичный звон капели, стоящий над мутными дверцами. И все же один звук я слышу — низкий, вибрирующий гул, который становится все интенсивнее по мере того, как я сползаю по уходящему под уклон низкому коридору. Карабкаться вверх было бы труднее.

В одном месте я замечаю участок стены со следами творений человеческих рук. Мой здоровый глаз различает фигуры, вырезанные на камне. Петроглифы, нанесенные древними обитателями этих мест, почитавшими пещеру священным убежищем, обителью могущественных сил, способных творить чудеса и откликаться на мольбы людей. Смешные рисунки — например, человек с палочками рук и ног бросает копье в грубо изображенное животное — выражают простые мечты, не менее, однако, искренние и честолюбивые, чем мечты современных землян.

Магические значки просят об одном — о здоровье и силе, о победе и процветании.

Аминь, соглашаюсь я.

Еще метров сто голой стены. Я уже привык передвигаться с помощью одной руки и одной ноги. Мне уже трудно вспомнить какой-то другой режим существования. И вот сюрприз: развилка.

Налево — небольшая ниша с гудящим оборудованием. Все знакомое — рефрижератор, импринтер, печь. Все работает в автоматическом режиме и готово к эксплуатации. Прямо — хорошо освещенный спуск, ведущий в глубь горы. Вибрация идет оттуда. Туда же уходят и следы Беты. Там — центр событий. Возможно, секретная лаборатория доктора, во всем ее величии.

Перейти на страницу:

Все книги серии Глина

Похожие книги

Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези