Читаем Глаза Сатаны полностью

— О, застращал! У нашего капитана хватит хитрости и тут ноги не замочить. Видал, сколько отвалил нам последнее время! А тут сколько?

— А ты глянь, сколько судов собрали эти англичане! И каждый капитан к себе тянуть станет. А мы под конец являемся. Да и как нас примут, ещё неизвестно.

Ивась почти не слушал друзей. Больше думал о том, что мог задумать помощник Солт. А тот продолжал хранить тягучее молчание. Даже лучше стал сноситься с Бартом и капитаном. И' как охота передать всё друзьям! Так и тянет за язык.

Подошли близко к растянутым порядкам судов англичан. Вся эскадра заняла огромное пространство перед входом в гавань. Дальше, перегораживая её, виднелись голые мачты испанских кораблей. Огромные вымпела и стяги трепыхались на лёгком ветру. Ни один дымок или грохот выстрела не нарушали тишины и спокойствия этого лучезарного дня.

— Вот чудно, ребята! — Ивась простёр руку вокруг. — Зима на дворе, а тут теплынь, как у нас в конце мая! И никакого снега!

— По мне так со снегом куда интереснее, — отозвался Демид. — Хоть знаешь, чего ждать от природы. А что тут? Одно и то же! Тоска, нудота и однообразие! Нет, хлопцы, мне это не по душе. Хочу на Сечь, домой, в родные степи с буераками, рощами и…

Он не докончил, как Омелько вскричал со смешком:

— …И черномордыми татарами, и с чванливыми ляхами!

Демид пожал плечами. Он не стал спорить, словно пренебрегая молодостью своего друга. Ивась хотел ввернуть словечко, но голос Тома прервал его:

— Эй, Джон! Поди сюда!

Ивась вопросительно глянул в серьёзные глаза Тома. Хотел спросить, но тот опередил его.

— Я по поручению Солта, Джон, — и многозначительно замолчал, пытливо посматривая на юношу.

Ивась неопределённо молчал. Он смутился, но старался не подать виду. Том был вынужден продолжить:

— Молодец, Джон. Осторожность не помешает. Ты ведь догадываешься о чём я хочу поговорить? И понимаешь, что это должно остаться в тайне. Должен понимать, Джон. Твои друзья знают об этом что-нибудь? Или?..

— Я не у себя дома, Том, — Ивась обиделся и Том это заметил. — Обещал — значит, молчу. А что?

— На судне идёт мышиная возня, Джон. Бо́льшая часть денег присваивается капитаном с Бартом. А нам достаются крохи. Даже Солт и тот получает намного меньше, чем ему положено. Это он добыл сведения о готовящемся походе в эти воды, а его бортанули.

— Куда ты клонишь, Том?

— Хорошо бы сколотить крепкую команду из преданных людей, и в подходящий момент проверить наши подозрения. Представляешь, сколько получат все матросы? Что скажешь?

— А что я могу сказать? Что от меня зависит?

— Хорошо бы заручиться поддержкой твоих друзей, Джон. Вы люди надёжные, и на вас можно положиться. Если твои поддержат, то это будет большая удача и сила. Сам должен понимать. У меня тоже есть люди, которые уже с большой охотой присоединились к нам. И у нас с Солтом большая надежда на тебя. Ты подумай и, если согласен, уговори своих.

Ивась был немного напуган. Он ничего не знал о размерах заговора, спросить боялся, вовлекать в это опасное дело друзей не хотел. Потом в голове мелькнула мысль, что в любом случае необходимо будет куда-то прислониться, и в таком случае трудно рассчитать, что выгоднее.

— Ты пока поговори со своими, Джон, а уж потом решите, — не настаивал Том. — Время терпит.

— Не слишком ли опасно вот так, почти открыто об этом говорить, Том?

— Все заняты своими делами и по сторонам смотреть нет времени. Но ты в чём-то прав. Буду ругать тебя, и поносить для виду.

Ивась до вечера так и не нашёл времени поговорить с друзьями.

«Миньон» стал на якоря позади всех английских судов. К нему тотчас понёсся катер с важным офицером.

— Что за судно? Англичане? — Офицер тут же принялся оглядывать палубу.

Мак-Ивен отрекомендовался, представил Солта:

— Мистер Солт, дальний родич вице-адмирала Джона Хокинса. Кстати, в каком положении сэр Джон, лейтенант?

— Сожалею, господа, но сэра Джона Хокинса мы похоронили ещё в середине ноября. Ему были отданы все подобающие почести, господа.

Офицер с поклоном пожал руку Солту, спросив учтиво:

— Каково ваше родстве, мистер Солт?

— Я сын его племянницы, сэр. Как прискорбно услышать столь жуткое известие. И это вдали от родных мест!

— Такова судьба моряка, мистер Солт. Но, значит, вы родич и сэра Френсиса, мистер Солт? Сэр Френсис племянник сэра Джона.

— У нас в семье никогда не считали это родством, сэр.

— И всё же сэр Френсис будет рад повидать вас на флагмане. Я ему передам сведения о вас, мистер Солт. Однако, что вы намерены делать, друзья?

— Примет ли нас адмирал сэр Френсис в свою компанию, лейтенант? — Мак-Ивен пытливо глядел в глаза офицера.

— Без всякого сомнения, сэр. И люди, и суда нам не помешают. У сэра Френсиса большие планы, даже гибель такого сподвижника, как сэр Джон, не могла повлиять на энергию этого прославленного моряка. Я доложу о вас и вашем желании присоединиться к нам.

— Кстати, лейтенант, — спросил Солт, — что происходит здесь? Мы все с интересом послушали бы вас.

— Неделю устраиваем артиллерийские дуэли с испанцами. Они перегородили проход в гавань и мы стараемся пробить брешь в этом заслоне.