Читаем Глаза Сатаны полностью

Сомнения нахлынули на Хуана. Его намеренья помочь Габриэле с рождением ребёнка угасли. Потом пришла мысль, что с этим можно повременить ещё пару месяцев.

Они с Кумбо рано утром, по росе, прошли проверить следы схоронок. Поправили немного, полили водой. Кумбо молвил уверенно:

— Вы, сеньор, не беспокойтесь о кладах. Они будут сохранены, уверяю вас!

— Надеюсь, Кумбо, тем более, что от них зависит во многом судьба Эсмеральды. А она мне не безразлична.

Негр с благодарностью взглянул на Хуана. Было видно, что он взволнован, множество чувств отразилось на его сморщенном лице.

— Пабло, ты выполнил работу и можешь отправляться домой. Возьми две монетки, как обещал, — и Хуан протянул метису два золотых дублона.

Метис не смог удержаться от восхищения щедростью сеньора, но слов было явно недостаточно в его лексиконе, и он только поклонился, пробормотав:

— Да воздастся вам, сеньор, за вашу доброту! Спасибо!

Хуан попрощался с Кумбо, пообещав на обратном пути заглянуть к нему.

На пристани он со своими неграми долго добивался местонахождения своего баркаса, пока один лодочник не согласился поискать его, усадив пассажиров в свою утлую лодку.

После недолгих поисков, баркас нашли в отдалении и сторож Кристобаль позволил Хуану ступить на борт судна.

— Как дела, Кристобаль? — спросил Хуан, осматриваясь по сторонам.

— Всё тихо, сеньор. Один раз пытался Ампаро заявиться, да пришлось пистолетом пригрозить. Альгвасил Лусиано мне посоветовал иметь и дал мне во временное пользование.

— Даже так? — удивился Хуан. — С чего бы такая щедрость и забота?

— Он мне двоюродный племянник, дон Хуан, а вы, сказал, хорошо ему заплатили, сеньор. Родственникам нужно помогать.

— Хорошо, Кристобаль. Можешь заканчивать здесь свою работу. Получи три реала, и пока лодка не ушла, используй её. Я оплатил обратную дорогу. И спасибо тебе. Если понадобишься, я тебя найду.

Хуан тщательно осмотрел судёнышко. Оно было подкрашено, снасти заменены, парус починен. Крошечная каютка два на два с половиной ярда показалась клеткой с маленьким окошком на транец. Две койки, узких и жёстких, приглашали отдохнуть.

И вдруг Хуан ощутил какое-то тревожное чувство. Или это одиночество на этом судёнышке так подействовало. Но он хотел обязательно хоть какого- то общества.

Торопливо вышел на воздух. Лодка уже удалилась на добрых сто саженей. Хуан сложил ладони рупором.

— Кристобаль! Вернись! Ты мне нужен здесь!

Лодочник перестал грести, прислушался, Хуан помахал руками, приглашая к себе. Когда лодка развернулась и неторопливо стала приближаться, Хуану показалось, что на душе стало легко и тепло.

— Что случилось, сеньор? — с беспокойством спросил Кристобаль. Он был озабочен, побаивался чего-то, что могло рассердить хозяина.

— Тут такое дело, Кристо, что одному мне несподручно оставаться, — не стад скрывать своего настроения Хуан. — Гавань для меня неизвестна и ночь приближается. Лучше быть вдвоём, я заплачу тебе, если не возражаешь.

— Буду рад, сеньор, — с готовностью ответил метис.

Хуан посмотрел на лодочника, ожидающего, что будет дальше:

— Ты не мог бы мне добыть лодку хоть небольшую, а то каждый раз искать кого-то затруднительно.

— Купить, сеньор? — спросил лодочник.

— Именно купить. Вроде той, что у тебя. Сможешь завтра устроить мне такую услугу, амиго?

— Чего проще, сеньор. Утром и пригоню. Будете довольны, сеньор.

— Сколько это будет стоить, приятель?

— Два золотых, сеньор. Но лодка будет отличная, не то что эта, — и он с презрением кивнул на своё корыто.

— Согласен. Вот два реала тебе за труды, а утром я отдам тебе остальное, как договорились. Только не задерживайся.

Лодочник с довольной улыбкой на огрубевшем обветренном лице энергично погрёб к берегу.

— Кристобаль, будем стоять вахты, как на настоящем морском судне, — заявил Хуан дружелюбно. — Сам выбери время для себя. Я соглашусь на любое.

— Если сеньор позволит, то я хотел бы поспать сейчас. Я очень мало спал эти дни — Лусиано меня предупреждал, что так лучше. Разбудите, когда потребуется, дон Хуан.

— Валяй в каюту, Кристо. Спи почти до полуночи. Это подкрепит твои силы. И поешь хоть немного.

Метис с довольным видом ушёл, а Хуан опять осматривал канаты, парус, блоки, пробовал шкоты. Баркас имел на дне настил из толстых досок, под которым даже вода не хлюпала. Он поднял часть настила. Одно место было слегка мокрым.

— Так, — пробормотал Хуан в раздумье, — нужно загрузить балласт. Груза у нас пока нет, и вряд ли будет много. Ещё не решено, сколько человек придётся взять на борт. Завтра надо об оружии позаботиться. Продовольствие закупить, бочку для воды.

Он посмотрел на солнце. Оно садилось. С востока надвигалась темнота, а вест полыхал красками заката. Ветер почти стих, гавань без движения, и ни один парус не оживлял горизонт. Посёлок на берегу готовился ко сну.

Короткие сумерки сменились чернотой ночи с яркими звёздами. Грохот прибоя у восточного мыса не долетал сюда. Лишь едва слышные звуки гитары и чьё-то пение доносилось с берега, навевали грустные мысли.