Читаем Глаз Муджароки (СИ) полностью

Внезапно голову Семена пронзила резкая боль, снова навалилось оглушительное безмолвие. Звуки пропали, зато противная вода зажурчала эхом вдалеке, как будто кто-то открыл кран на полную катушку. Семен с ужасом заметил, что крышка гроба начала медленно подниматься, играя матовыми бликами на полуденном солнце. Рукову захотелось заорать от страха, но горло сдавил противный спазм. Крышка поднималась бесшумно и равномерно, как будто петлями, скрепляющими крышку и сам гроб, управлял хорошо отлаженный механизм. Семен даже подумал, что в дорогих гробах так должно и быть, только почему никто из присутствующих участников траурной церемонии не замечает этого? Может быть, испортился механизм и его необходимо срочно исправить? Семен попытался поднять руку, указывая окружающим, что произошло самовключение дорогого механизма. Тем временем, крышка почти полностью открылась, подставляя под жаркое солнце белоснежную внутреннюю обивку, отороченную позолотой и умело украшенную живыми цветами. Уже можно было рассмотреть грузное тело покойного, обряженное в дорогой черный костюм. Воротник костюма охватывал белую накрахмаленную сорочку со стоячим воротничком. Воротничок покоился на пухлой подушке, украшенной цветами. Головы не было. Скрещенные на груди руки покойного медленно пришли в движение. Сначала расцепились пальцы,затем предплечья приподнялись над закругленными краями гроба, и белые с синеватым отливом кисти рук оперлись о полированные кромки. Обезглавленное тело ,как будто нехотя, начало принимать сидячее положение. Семен застыл от ужаса. Он не понимал, почему окружающие ничего этого не замечали. Шли последние приготовления к процессии. Уже оркестр выстроился впереди катафалка, телевизионщики поспешно складывали аппаратуру и торопились к своим автобусам, чтобы успеть на кладбище, люди спокойно расходились по автомобилям, родственники разместились на кузове вдоль гроба, закрывая лица носовыми платками.

Тем временем покойник занял сидячее положение и направил указательный палец в сторону оцепеневшего от ужаса Семена.

- Теперь ты - это я!- сказал покойник, явно обращаясь к Семену. Было непонятно, откуда исходит голос, ведь у тела не было головы!

Семен почувствовал, что по спине потекли противные струйки пота, холодная судорога сковала мышцы.

- Посмотрим, как ты себя будешь вести себя в моей шкуре!- прогрохотал баритоном покойник, потом, утробно захохотав, опрокинулся на спину и сложил на груди руки. И в тот же момент дорогая крышка с гулким противным стуком захлопнулась. Катафалк двинулся с места. Деревья зашумели под внезапным порывом ветра.

Процессия уже скрылась за поворотом, а Семен все еще не мог прийти в себя. Он застыл, как от жуткого холода, только мелкие капли пота продолжали заливать лицо, искаженное гримасой страха, глубокого животного страха.

- Семен Иванович, Семен Иванович, что с вами?

Это был голос Ивана Федосеевича. Семен вздрогнул и опустил глаза. Потом глубоко с удовольствием вздохнул. Ему показалось, что все время, пока его Мерседес стоял возле похоронной процессии, он не дышал. Жизнь на пару минут остановилась, просто перестала существовать. И вот теперь можно было вздохнуть, так вздохнуть, как будто вышел из могилы, погребенный заживо, уже потеряв веру в то, что жизнь и дыхание когда-нибудь возвратятся.

Иван Федосеевич озабоченно смотрел на лицо Семена.

- Все в порядке, Семен Иванович?

- Да, уже все в порядке. Уже все в порядке

- Вы очень впечатлительный. Ну, подумаешь, покойник вам сказал пару фраз, что же теперь от этого, в штаны наложить, извиняюсь за выражение?

Семен разко повернулся и посмотрел на своего собеседника сумасшедшим взглядом..

- Так вы тоже это видели?

- Ну видел, видел, ну и что? Бояться нужно живых, а не мертвых.

- Тогда почему больше никто этого не видел?

- Так ведь вы уже непростой человек, Семен Иванович, вы- Глаз Муджароки. Вы теперь обладаете некоторыми свойствами, как бы это сказать, - Иван Федосеевич кашлянул,- сверхчеловека.

- И вы, стало быть, обладаете этими свойствами?

- И я немножко. Я ведь член коллегии, а это непростое звание.

- И что, я теперь всех покойников буду вынужден выслушивать?

Иван Федосеевич усмехнулся.

- Нет, только тех, кого захотите.

Семен покачал низко опущенной головой.

- И что же мне со всем этим делать? Давайте я вам все передам!

- И при этом умрете....

- Ах да, я забыл... Нет, пока еще не хочется...

- Тогда выбросьте все из головы и выходите из машины. Мы уже приехали....

***