– Вопрос Китти логичен, – сказал мистер Хопкинс. – Подвох действительно имеется. Склеп надежно защищен. Согласно сведениям, содержащимся в архивах, к замковому камню свода присоединено Моровое Заклятие. Заклятие активируется открыванием двери. Если в гробницу кто-нибудь войдет, Моровое Заклятие сорвется с потолка и поразит всех, кто окажется поблизости, – он снова заглянул в свою бумажку, – «так, что их плоть отвалится от костей».

– Очень мило! – сказала Китти. Ее пальцы теребили каплевидную подвеску в кармане.

– Э-э… И как вы предлагаете нам избежать этой ловушки? – вежливо спросила Энн у мистера Пеннифезера.

– Способы есть, – ответил старик. – Но на данный момент они нам недоступны. Мы не обладаем необходимыми познаниями в магии. Тем не менее, мистер Хопкинс знает одного человека, который может нам помочь.

Все перевели взгляд на клерка. Лицо у него сделалось виноватым.

– Он волшебник – или когда-то был волшебником. Пожалуйста, пожалуйста!.. – Его голос потонул в возмущенных воплях. – Выслушайте меня! Он разочаровался в нашем государстве – у него на то есть свои причины, – и стремится свергнуть Деверокса и прочих. Он обладает умениями – и артефактами, – которые помогут нам избежать Морового Заклятия. Кроме того, у него, – мистер Хопкинс выждал, пока в комнате воцарится тишина, – есть ключ от нужной нам гробницы.

– А кто он такой? – спросил Ник.

– Я могу вам сказать только то, что он – один из наиболее видных столпов общества, ученый и знаток искусств. Он водит знакомство со многими из сильных мира сего.

– А как его звать-то? – спросила Китти. – А то все это одни слова.

– Увы, он весьма тщательно скрывает свое имя. Собственно, нам всем не мешало бы поступать так же. Я ему про вас тоже ничего не говорил. Однако если вы согласитесь принять его помощь, он хотел бы встретиться с кем-то из вас, в ближайшее время. Он передаст сведения, которые нам нужны.

– А доверять ему можно? – осведомился Ник. – Может, он нас выдать собирается!

Мистер Хопкинс кашлянул.

– Не думаю. Он уже помогал вам, и неоднократно. Многие из тех советов и намеков, что я вам давал, переданы этим человеком. Он давно уже стремится содействовать нашим целям.

– Я просмотрел хранящиеся в библиотеке документы о захоронениях, – добавил мистер Пенни-фезер. – Они выглядят подлинными. Изготовить такую подделку было бы слишком затруднительно. Кроме того, он уже несколько лет знает о нас, через Клема. Если бы он хотел навредить Сопротивлению, возможность выдать нас была у него уже давно. Нет, я верю тому, что он говорит.

Старик, пошатываясь, поднялся на ноги, голос его сделался хриплым, сдавленным.

– И, в конце концов, это моя организация! И будьте любезны делать то, что я говорю. Какие будут вопросы?

– Вопрос один, – бросил Фред, щелкая финкой, – когда мы приступим к делу?

– Если все пойдет хорошо, налет на аббатство мы совершим завтра ночью. Остается только…

Тут старик осекся и согнулся в три погибели, захлебываясь кашлем. Его сгорбленная спина отбрасывала странные тени на стену. Энн подошла и помогла ему снова сесть. Прошло немало времени, чем он смог говорить.

– Прошу прощения, – сказал он наконец. – Но вы сами видите, в каком я состоянии. Силы мои убывают с каждым днем. По правде говоря, друзья мои, Вестминстерское аббатство – лучший шанс, который мне когда-либо представлялся. Шанс вывести вас всех… к чему-то большему. Это будет новое начало!

«И достойный конец для вас, – подумала Китти. – Ваш последний шанс добиться чего-то ощутимого, прежде чем вы умрете. Я просто надеюсь, что ваша интуиция и в этот раз вас не подведет. Только и всего».

И тут голова мистера Пеннифезера внезапно дернулась в ее сторону, как будто он прочитал ее мысли.

– Остается только встретиться с нашим таинственным благодетелем и договориться об условиях, – сказал он. – Раз уж вы сегодня так энергичны, Китти, именно вы и пойдете завтра с ним встречаться.

Китти мужественно встретила взгляд старика и сказала:

– Хорошо.

– Так вот. – Старик обвел взглядом их всех, одного за другим. – Должен сказать, что я слегка разочарован. Никто из вас даже не поинтересовался, чью же гробницу мы собираемся посетить. Неужели не интересно?

Он одышливо рассмеялся.

– Э-э… И чью же, сэр? – спросил Стенли.

– Гробницу человека, с которым все вы знакомы со школьной скамьи. Полагаю, ему до сих пор уделяется весьма значительное место в программе. Это не кто иной, как Основатель нашего государства, величайший и ужаснейший из всех наших вождей, герой Праги собственной персоной, короче, – глаза мистера Пеннифезер сверкнули в полумраке, – наш ненаглядный Уильям Глэдстоун!

Часть 3

НАТАНИЭЛЬ

22

Самолет Натаниэля вылетал из аэропорта Бокс-Хилл ровно в восемнадцать тридцать. Служебная машина должна была прибыть за ним к министерству часом раньше, в семнадцать тридцать. Это означало, что у него имеется около двенадцати часов, чтобы подготовиться к самому важному поручению за все время его короткой карьеры в правительстве: к поездке в Прагу.