Читаем Гитлер против СССР полностью

Надежность этой отечественной базы зависит от второй позиции — Зундского и Бельтских проливов — «балтийских Дарданелл», которые открывают или закрывают путь из Северного моря в Балтийское и формально находятся под контролем Дании и отчасти Швеции. Германское адмиралтейство, само по себе независимое благодаря внутреннему Кильскому каналу, должно во что бы то ни стало контролировать эту позицию; только закрыв ее, может оно обеспечить абсолютное господство германского флота на Балтийском море после того, как вспыхнет война, и предотвратить приход, скажем, французской эскадры из Северного моря на помощь Советскому Союзу и возможную атаку Киля. Вот почему Германия поощряет укрепление Бельтов и Эрезунда.

Данией и Швецией; в случае войны эти укрепления будут немедленно переданы беспомощными скандинавскими странами германскому военному флоту.

Германское адмиралтейство использует здесь военные притязания скандинавских военных кругов, которые настаивают на увеличении вооружений. Розенберг предлагает даже такую цену, как «гарантия» существующей датско-германской границы. В 1935 г. Дания начала сооружать авиабазы и базы подводных лодок в фиордах, а начальник датской армии, генерал Вит, поговаривает об укреплении Зунда. Швеция в 1931 г. обязалась оставить свободной свою часть Зунда, но оставила за собой право закрыть эту часть в случае опасности, угрожающей стране; а после скандинавской конференции в сентябре 1934 г. консервативными и военными кругами Швеции ведется систематическая кампания за укрепление Эрезунда. В один прекрасный день орудия германских тяжелых крейсеров из Копенгагена и германские аэропланы из окрестностей Стокгольма продемонстрируют действительную цель этих приготовлений. Все это относится к защите западного фланга германского адмиралтейства.

Третья база, расположенная ближе к востоку, уже служит целям наступления: это польская Гдыня близ Данцига, самый молодой балтийский порт, который еще 10–20 лет назад был безвестной рыбацкой деревушкой, а сегодня является первоклассной современной гаванью; грузооборот Гдыни уже перегоняет грузооборот любого другого балтийского порта. А так как Гдыня принадлежит польскому фашизму, а польский фашизм (через фракцию Бека) принадлежит к гитлеровской лиге, то эта база уже, вероятно, обеспечена для «военно-морского гофмановского плана». В 1935 г. эта возможность получила формальное подтверждение в торжественном визите двух польских эскадренных миноносцев в Киль, и в ответном визите крейсера «Кенигсберг» в Гдыню. Адмиралы обеих стран выступали с речами об «установлении сердечных (kameradschaftliche) отношений между германским и польским флотами». Это звучит так, словно сильная Германия считается с Польшей, имеющей 6 миноносцев и 3 подводных лодки, как с морской державой! Однако здесь уже имеется налицо иной конкретный результат. В 1935 г. в Гдыне началось строительство 6 новых современных доков, которые впервые сделают этот порт пригодным для военных судов; строительство крупного дока идет своим чередом, а «польская морская и колониальная лига», внезапно появившаяся в поле зрения, требует сооружения мощных боевых кораблей по образцу кораблей крупнейших государств. Лозунг этой лиги — Польша должна иметь колонии за морем. Таким образом, Гдыня — Данциг становится второй базой германского флота на южном побережье Балтийского моря и базой для нового тайного формирования резерва для этого флота под польским флагом. К этой базе должен присоединиться впоследствии Ме-ель, литовский порт, который лежит значительно ближе к Риге и Ревелю (Таллин) и находится сегодня почти наполовину в руках «автономного» германского совета Мемеля.