Но ограничиваться Маньчжурией они не собирались. Следующей целью был намечен Шанхай. Провокацией на этот раз стало избиение пяти буддийских монахов-японцев возле одной из фабрик. Японцы в наказание подожгли фабрику. В городе поднялось возмущение, манифестации против Японии. А в Токио изобразили оскорбление. Как это так, китайцы смеют выступать против нашей державы? К Шанхаю подошла военная эскадра. Открыла бомбардировку, было множество жертв среди населения. И тут же стали высаживаться армейские части. Теперь и Чан Кайши не смолчал, выдвинул две своих армии. В Шанхае и вокруг него завязалось сражение.

При этом страдали концессии и предприятия Англии, Франции, США. Они и в самом деле вмещались, но не так, как рассчитывали китайцы. Потребовали от обеих сторон прекратить огонь и убрать войска, объявили Шанхай демилитаризованной зоной. Надавили на Чан Кайши, и он мгновенно выполнил пожелание, в одностороннем порядке приказал не стрелять, отвести армии на 20 км от города. А японцы заупрямились, отказались. Тогда западные страны предали китайцев, согласились, чтобы в Шанхае разместился их гарнизон. Зато остались целыми европейские и американские фактории, склады, магазины, виллы.

Не оправдались и надежды Китая на Лигу Наций. Этот орган проявил свою полную беззубость и бесполезность. Комиссии Лиги Наций долго и нудно разбирались в причинах «Маньчжурского инцидента», выясняли, что же произошло на самом деле? Через полгода пришли к выводу – Япония все-таки неправа, и войска ей надо бы вывести. Но вместо этого она вышла из Лиги Наций. И ничего, международное сообщество проглотило.

10. Как организуются кризисы?

Во вторник, 23 октября 1929 г. служащие нью-йоркской биржи переглядывались и перешептывались, показывали друг другу – к ним зачем-то пожаловал один из финансовых китов Америки, сам Бернард Барух! Пожаловал не один, привел с собой английского друга Уинстона Черчилля. О цели их визита на биржу не подозревали ни нью-йоркские брокеры, ни сопровождающие лица, секретари, телохранители. Об этом знал только Барух. Он привел Черчилля похвастаться своим могуществом. Показать, как на его глазах начнется катастрофа мирового уровня. Великая Депрессия. Такой кризис, какого еще не бывало…

Марксистская политэкономия учит, что кризисы являются неотъемлемой болезнью капитализма. Производство ведется без плана, анархично, развиваются те отрасли, которые сулят наибольшие прибыли в данный момент. Рано или поздно наступает стадия перепроизводства, затоваривания – вот и кризис… Но подобные трактовки имели под собой какую-то основу только в XIX в. К XX в. капиталистической анархии пришел конец, на арену вышли транснациональные корпорации, сращивались с государственными структурами, стало внедряться планирование на разных уровнях. Однако нелишне будет отметить: все кризисы, которые сотрясали в XX в. Америку и болезненным эхом били по другим странам, были… именно запланированными! Искусственными.

В 1907 г. первый банкир Америки Дж. П. Морган совершил поездку по Европе, вел какие-то консультации с британскими и французскими Ротшильдами, с которыми был тесно связан, а по возвращении в США вдруг стал распространять слухи, будто нью-йоркский «Knickerbocker Bank» неплатежеспособен. Вкладчики перепугались, кинулись изымать деньги. Но хорошо известно, что в любом банке находится лишь небольшая часть вложенных средств, остальное отдается в заем, вкладывается в те или иные проекты. При одновременном изъятии наличности наверняка не хватит – что и произошло. Катастрофа одного банка переполошила вкладчиков других, они тоже принялись забирать деньги, покатилась повальная паника. Причем Морган, спровоцировавший ее, выглядел мудрым «пророком». Банки, чтобы расплатиться с клиентами, стали изымать средства, вложенные в различные предприятия, финансовая паника переросла в экономический кризис.

А последствия стали политическими. Как раз после кризиса тузы Уолл-стрит смогли протащить в президенты Вудро Вильсона. В своей программной работе «Новая свобода» он выставлял себя защитником «маленьких людей», страдающих от потрясений, от засилья олигархов (тех самых, кто стоял за Вильсоном). Пережитый кризис послужил и обоснованием для создания в 1913 г. Федеральной Резервной Системы. Вильсон и его советники, Хаус и Барух, внушали конгрессу и народу: ФРС создается именно для того, чтобы не допустить будущих кризисов. В итоге ФРС получила право печатать доллары, ссужать их государству и определять его финансовую политику. Как отмечал конгрессмен Ральф Пэтмэн, «сегодня в Соединенных Штатах мы имеем, по существу, два правительства», одно конституционное, одно теневое [111].