Роман «Ревекка и Ровена» представляет собой блестящую пародию на Вальтера Скотта. В нем действуют самые разномастные герои, от Айвенго и Робин Гуда до легендарного Ричарда Львиное Сердце. Знаменитый сатирик с издевкой рисует портрет короля: «После танцев Его Величество приказывал подать себе гитару и начинал петь. Говорили, что эти песни он сочиняет сам — и слова и музыку, — но всякий, кто читал «Жизнеописания лорд-канцлеров», сочинение лорда Кампобелло, знает, что был некто Блондель, который писал для короля музыку; а что касается слов, то, когда их сочиняет король, охотников восхищаться наверняка найдется много. Его Величество исполнял балладу — всецело заимствованную — на мотив, заигранный всеми шарманщиками христианского мира, и, обернувшись к придворным, спрашивал: «Ну, как вы находите? Это я сложил нынче утром». Или: «Блондель, что скажешь об этой теме в B-moll?»

В данном карикатурном портрете монарха с гитарой в руках можно признать и прусского короля Фридриха Великого, который баловался игрой на флейте, привлекая в качестве аккомпаниатора сына гениального Иоганна Себастьяна Баха. Впрочем, лучше бы прославленный немецкий полководец никогда не выпускал из рук музыкальный инструмент, вместо того, чтобы взять шпагу или подзорную трубу. Возможно, тогда европейская история стала бы менее кровавой.

ТЕОФИЛЬ ГОТЬЕ

Готье, Теофиль (1811–1872) — французский писатель и критик, один из вдохновителей «Парнаса». Обосновал теорию «искусства для искусства» (предисловие к книге «Мадемуазель де Мопен», 1835–1836, книга «Новое искусство», 1852). Романтические, со следами байронического демонизма поэтические сборники («Комедия смерти», 1838). Приключенческий роман «Капитан Фракасс» (1863), сборник лирических миниатюр «Эмали и камеи» (1852), рассказы, путевые очерки.

Действие романа «Капитан Фракасс» Теофиля Готье происходит во Франции времен Людовика XIII. В нем есть комическая сценка: «Матамор, желая быть галантным кавалером, велел слуге принести гитару, поставил ногу на тумбу и начал щекотать брюшко инструмента, чтобы вызвать у него мелодический смех. А сам принялся по-испански мурлыкать куплеты сегедильи с такими взвизгиваниями, с такими гнусавыми мяукающими нотами, словно это кот Раминагробис пел серенаду сидящей на крыше белой кошечке».

В начале XVII века испанский инструмент уверенно начал завоевывать Европу, малопомалу вытесняя лютню.

У Теофиля Готье есть стихотворение «Вариации на тему «Венецианского карнавала». Какие только инструменты не участвуют в разгульном веселье: скрипки, шарманки, кларнеты, флейты… Да, наша любимица гитара тоже творит «неотвязчивый напев»: «И гитаристки вновь и вновь / Его твердят в кафешантанах, / Печально вскидывая бровь / На выкрики и хохот пьяных». Грустно. К лицу ли ей, шестиструнной прелестнице, эта уличная грязь? И лишь одно утешает, что напев-то, в отличие от публики, прекрасный и дивный: «Как будто ухватив крючком / Его в какой-то вечер синий / Своим божественным смычком / Поймал кудесник Паганини»».

Пошлость и красота в реальной жизни могут соседствовать, но это никак не роднит данные понятия. Слишком велика нравственная дистанция между мерзостью жизни и чудом искусства!

Ни один влюбленный не питал такой страстной любви к даме сердца и такой яростной ненависти к соперникам, как герой стихотворения «Rondalla» («Фантазия») Теофиля Готье. Он решителен и настойчив в своих намерениях: «Моя голубка и орлица, / Моя царица и дитя. / Я снова здесь — ты можешь не злиться! — / Я взял гитару не шутя. / На тумбу став ногой упрямой, / Хотя б всю ночь я проторчу, / Чтоб увидать за темной рамой / Твой профиль и твою свечу. / Здесь не играть другим гитарам, / Здесь я играю, я пою, / И переулок — мой! Недаром / Я славлю здесь любовь мою».

Затем он извергает поток гнева и ненависти к тому, кто посмеет приблизиться к нему. Грозится отрезать ему уши и нос. Готов расправиться даже с Вельзевулом, то есть с самим дьяволом.

Гитара не раз была свидетельницей кровавых поединков соперников, претендующих на руку и сердце красавицы.

ЧАРЛЬЗ ДИККЕНС