Читаем Гипершторм полностью

Откуда Слепой Тарас знает про Старика? Но главное — какое это все имеет значение в свете главной проблемы — возвращения домой сквозь вспененные воды гипершторма?

— Я видел его два дня назад, — пожал плечами Юл. — Когда мы пробирались в крепость «Уробороса» через стены восточного бастиона, он охранял место входа…

— Я спросил, когда ты видел человека по прозвищу Старик. Разве я спрашивал о его ментальной проекции? Насколько я понимаю, вас охранял не человек, а фантом!

А ведь Слепой Тарас, черт возьми, прав! Штурман в очередной раз всерьез задумался.

Он наклонил голову и принялся перепросматривать в уме все даты, места и обстоятельства их последних встреч со Стариком, человеком из плоти и крови.

Шли минуты. А Юл все никак не мог вспомнить точный день и час…

Не совсем ясно было даже самое главное: а встретились ли они вообще со Стариком в реале, без всяких его дублей и наведенных фантомов?

Да, Старик спас ему жизнь. Но во время того памятного и трагического события Старик тоже был… фантомом!

Чем глубже Юл обращал свой мысленный взор в прошлое их со Стариком дружбы, тем сильнее туманилась его память, подернутая густеющей на глазах пеленой болезненного забвения…

— Так каким будет твой ответ? — наседал Слепой Тарас. На тонких губах его играла саркастическая улыбка. Словно бы он знал ответ на этот вопрос, но почему-то не хотел озвучивать его.

Штурман покачал головой.

— Не знаю… Не помню в точности!

Слепой Тарас некоторое время смотрел на Штурмана с искренним сочувствием. А потом сухо прищелкнул тонкими пальцами.

— Я так и знал… А теперь я дам тебе пять прорицаний — по числу пальцев на твоей левой руке… Пока я буду давать их тебе, ты должен будешь оставаться на камне. И упаси тебя Создатель поскользнуться и съехать вниз!

— Но почему? — Штурман озадаченно посмотрел с валуна вниз.

— Потому что сейчас я трансформируюсь в огонь, — спокойно произнес Слепой Тарас. — Вернусь в свое естественное состояние. Признаться, пребывание в этой сомнительной человеческой оболочке… успело изрядно меня утомить!

Столб высокого плазменного пламени взметнулся на том месте, где мгновение назад стоял тщедушный человечек с фетровой шляпой в руках.

Плазма в мгновение ока растеклась по земле и опоясала валун. Надо сказать, это произошло так внезапно, что Юл от неожиданности вновь вскочил на ноги.

— А теперь слушай… — в голове Штурмана зазвучал тихий, потрескивающий как свечка, голос Слепого Тараса.

«Он уже подключился к моим слуховым имплантатам», — догадался Юл.

…Какими бы разными по уму, складу характера или темпераменту ни были бойцы из группы Штурмана, первое, что спросил каждый, очнувшись от своей персонажной метаморфозы, было: «Где эта мерзкая баба?»

Известие о том, что Кира — сталтех, только подлило масла в огонь.

Семенов, Вырин, стрелки Олаф и Фред, а также Брат Федор и Мизгирь наперебой требовали от Юла поскорее выдать им «эту железную стерву».

Но Штурман лишь пожимал плечами — и впрямь, как можно выдать то, чем не владеешь?

— Ты действительно не знаешь, где она? — удивился Семенов.

— Понятия не имею.

— Может, оно и к лучшему. Не могу я бить женщин! Даже когда это сталтехи. А ведь если я ее найду, то бить ее придется…

— Я тоже за мир и дружбу, если что, — тихо проронил Штурман.

Он был так обессилен предсказаниями Слепого Тараса, что многие вещи, среди которых была и судьба Хозяйки Скорговых Болот, стали ему абсолютно безразличны.

— Ты ее хоть трахнул? Напоследок? — полушепотом спросил Семенов доверительным шепотом.

— Нет, ну что ты!.. Как можно? — соврал Штурман. Но вышло, по его мнению, не слишком убедительно.

В глазах Вырина блеснула искорка недоверия.

А вот Мизгирь, Олаф и Фред, судя по их комментариям, были совершенно убеждены, что Юл собственноручно убил Киру, а затем кремировал ее тело и развеял пепел по ветру. Доказательства и впрямь были налицо: Киры нигде не видно, скорги тоже все куда-то исчезли, в воздухе пахнет горелым, а ветер то и дело швыряет в лицо какой-то подозрительный пепел!

Чтобы отвлечь товарищей от Киры, Юл рассказал им о своей эффектной победе над Огнетелом.

Народ слушал рассказ с интересом, изредка прерывая его восхищенными «Ух ты!» и «Ах ты!».

Ну а самый легкий на подъем и недоверчивый в душе Брат Федор даже не поленился сгонять к воинской части, чтобы заснять на портативную камеру, вмонтированную в браслет, развороченное тело исполинского механоида на фоне выцветшей надписи «План Путина — победа России», которая красовалась на стене казармы.

Возвратившись в лагерь, а точнее, в шатер сталтеха Киры, в который быстро перебрались спутники Юла с криками «Нам нужен отдых!», Брат Федор подлил еще одну канистру масла в костер воинской славы Штурмана — образцового командира, никогда не бросающего своих подчиненных в беде, а также усмирителя охамевших исполинских червей.

Даже Вырин, всякий раз ядовито скалящийся во время похвал Штурману, улучив момент, сам подошел к нему и, воровски оглядываясь по сторонам, пожал ему руку.

— Благодарю, Юл. Просто благодарю!

— Свои люди, сочтемся! — заверил Вырина Юл, изо всех сил стискивая его холодную клешню.