Читаем Гиперанатоксин полностью

Рано утром после основательного завтрака приступил к окончательному осмотру снаряжения. Наполнил открытый колчан шестью десятками бронебойных стрел, второй закрытый снарядил десятком охотничьих и бронебойных, распределив поровну. Вынул из кожаного чехла лук, натянул тетиву и вложил его в налучье. Еще раз проверил: содержимое рюкзачка; скатку из медвежьей шкуры; тент с сошками; торока с продуктами и мелочевкой.

Слегка поколебавшись, решил не брать с собой меч и секиру, ограничившись титановой кольчугой, кинжалом, метательными ножами и луком. Перетащил снаряжение вниз и, в последний раз пройдясь по списку и пересчитывая по пальцам, решил, что вроде ничего не забыл. Сказал команде адептов на базе, что вернусь не раньше, чем через пол-луны. Открыл проход в храм Водопада, перенес снаряжение, подхватил все упаковки и навьюченный, как ломовая лошадь, наконец, вывалился из дверей храма, забыв даже оповестить ударом по гонгу о своем прибытии.

Здесь еще только начинало светлеть небо, двор был пуст. Все адепты, умаявшись за день, сладко спали. В дальнем конце двора к крючьям в стене привязаны три лошади. На первый взгляд, все три имели отменную стать. Впрочем, более детально можно посмотреть позже. Оставив снаряжение на ступенях, взял лишь рюкзачок и направился к реке с целью проверить содержимое этого водоема на предмет рыбьего поголовья. Подергать, так сказать, за мошонку местного водяного.

Вышел в ворота, прошел по серпантину тропы и вступил на деревянный настил пристани. По зеркалу реки легкими дуновениями перемещались хлопья тумана. Со стороны водопада доносился монотонный и глухой рокот падающей воды, но он звучал в фоновом режиме и, как ни странно, не нарушал ощущения общей тишины и покоя.

Я отошел на дальний конец пристани, присел на корточки и вынул из рюкзачка спиннинг. Достал коробку с блеснами и выбрал из комплекта самую крупную и тяжелую с расчетом половить на глубине 'крупняк'. Собрав снасть, выпрямился и окинул внимательным взглядом, предстоящее поле боя…

Неожиданно, метрах в десяти от пристани, рядом с обрывистым берегом появился маленький водоворот. Кто-то стремительный и сильный сделал рывок под водой и резко изменил направление движения. Пора! Бросок - и блесна со снайперской точностью воткнулась в это место. Первый поворот ручки и мощнейший удар почти нескомпенсированный леской-плетенкой. Раздался визг еще не отлаженного тормоза катушки, и я с трудом удержал спиннинг в руках. Сразу стало страшно интересно - кто это у нас такой шустрый и могучий? А рывки продолжались… Меня раскачивало на ногах, как молодой тополь в шквалистый ветер, а хлыст спиннинга временами сгибался колесом. Наконец, добыча вымахнула из воды и я понял, что схлестнулся с очень крупным, примерно пятнадцатикилограммовым жерехом. Только у него бывают такие большие серые с голубоватым отливом хвостовые и спинные перья и серебристый цвет туловища. Да, - это оказался настоящий боец, и показал он все, на что был способен!

Схватка продолжалась несколько минут и я с наслаждением растягивал удовольствие от борьбы, тем самым, предлагая своему контрагенту, попробовать еще какой-нибудь коварный приемчик. Шереспер не разочаровал и продемонстрировал все уловки и хитрости. Но все-таки - по своей природе он был не стайер, а спринтер, и дыхалка у него оказалась слабовата.

Подтянув рыбину к причалу и дав глотнуть воздуха, задумался. К жерехам у меня сложное чувство и во многом оно сформировалось на Земле, когда я на раннем этапе своей рыбацкой карьеры, оттянулся по полной программе, в низовьях Волги рядом с Главным банком. Тогда, на мое 'несчастье', за несколько дней ближе к концу вояжа, с юга подул постоянный ветер. Он пригнал из Каспия в протоку многочисленную стаю шересперов, хотя по своей природе жерех это рыба-одиночка.

Не от великого ума или по молодости лет я, работая спиннингом, как робот-сварщик на конвейере, шутя, накидал в лодку около полусотни рыбин средним весом килограмма по три каждая. Затем, вместо интересной жизни и рыбалки, всю эту ораву пришлось пластовать и засаливать - та еще работка. И, конечно, в силу ограниченного времени они не успели провялиться. А после этого произошла безобразная сцена в аэропорту, когда в самолете из пластиковых мешков с еще сырыми тушками, стал вытекать соляной рассол, и от меня с этими астраханскими 'гостинцами' начали шарахаться люди… И, что самое обидное, - почти половина с таким трудом доставленного в Москву жереха пропала. Мясо пролежавшее без дела около года пришлось выбросить… Причина проста - основное применение у вяленной рыбы это использование ее в качестве закуски к пиву, а я пиво не люблю с детства, и уж тем более - в больших количествах.