Читаем Гиперанатоксин полностью

Несколько ступенек наверх и передо мной предстал капитан - молодой, весь будто на пружинках, черноволосый парень, чем-то похожий на молодого Бетховена, но без всякой одухотворенности в облике. Он ни секунды не стоял на месте, дергал руками, головой и напомнил мне своим поведением медведя в зоопарке из-за недостатка места в клетке, переминающегося из стороны в сторону. Капитан тоже скривил страшную рожу - дурной пример заразителен и потянул из ножен, чуть было не сказал - капитанский кортик, но на самом деле, это был широкий тесак типа мачете. Без тени колебания этот недоносок замахнулся и попытался разделить меня немудрящим ударом сверху вниз на две половинки. Я сделал шаг в строну, перехватил его кисть и вывернул мачете из руки. Затем коротким ударом локтя превратил его горбатый нос в котлету и на возвратном движении приложил ребром ладони сбоку по шее. Шею не сломал, но вырубил капитана надежно - он повалился набок, как спиленная елка. Аллес! После этого повернулся к рулевому и прорычал.

– Новый курс - норд-норд-вест, - и продублировал приказ для особо тупых, махнув рукой в нужном направлении.

Тем временем основная часть команды очухалась после разгрома, поднялась на ноги, вооружилась первым, что подвернулось под руку, и компактной группой собралась перед лесенкой, собираясь штурмовать бастион капитанского мостика. Я повернулся к ним лицом и, добавив рокота и инфразвука в голос, рявкнул.

– Хотите, чтобы я достал меч, подонки? Если достану - порублю всех на куски и порежу на ремни. - Эта информация заставила задуматься многих, но, как и в любой большой выборке, она не дошла до отдельных тугодумов и по лесенке стал подниматься один - особо непонятливый, вооруженный дубинкой.

Он и получил от меня 'майе-гери-кеаге' по центру лба. В результате, его будто ветром снесло с лестницы и кинуло на сплоченный матросский коллектив, на подобие шара при игре в кегли. Из пятерых матросиков живая торпеда своим телом повалила на палубу троих - вполне приличный результат в боулинге.

Я рыкнул рассерженным тигром и посмотрел в глаза матросам, оставшимся стоять на ногах. Оба сжимали в руках гарпуны. Это навело на мысль, что я оказался на китобойной шхуне. Не самый плохой вариант. Да и объясняет смердящий дух на корабле. Так вонять может только букет из запаха ворвани, смрада протухшего мяса и испорченной крови.

Оно, конечно, китобои это не пухленькие ангелочки из пансиона для благородных, но они и не воины. Именно это я прочел в глазах моряков. Оба одновременно выпустили из рук гарпуны, потеряли ко мне интерес и стали помогать своим товарищам подняться на ноги. А я рявкнул, повторяя приказ для тугодумов.

– Курс - норд-норд-вест, - и ткнул пальцем в нужную сторону. Затем повернулся к капитану, вздернул его на ноги за шкирку и хорошенько встряхнул.

Живчик лязгнул зубами и его глаза затопленные туманом беспамятства прояснились. Я отпустил воротник и капитан остался стоять на ногах раскачиваясь, как один из трех тополей на Плющихе. Гипнотизируя китобоя взглядом, строго предупредил.

– Мне нужно на остров с храмом Богов Света и Тьмы. - Затем задал вопрос, - У него есть какое-нибудь название? - капитан минуту тупо смотрел на меня, после чего прохрипел.

– Полуденный. - Закашлялся и начал растирать себе обеими руками горло - чего-то там я ему повредил. Я кивнул и продолжил расспросы.

– Как тебя зовут?

– Котик.

– Какое название у шхуны?

– Асеко.

– Это, что-нибудь означает? - капитан озадаченно на меня посмотрел и пояснил.

– Зверь. Живет в холодных полночных морях. Свирепый и беспощадный… - Глаза у капитана загорелись и я понял, что своим вопросом зацепил потаенные струны в его душе, и он готов рассказывать о звере со всеми подробностями еще долгое время. Поэтому резко махнул рукой, приказав ему заткнуться, и спросил.

– Куда плывете?

– Тикалька. Остров, - и показал рукой на юг. Я кивнул и поинтересовался.

– Далеко?

– Еще плыть две ладони дней, - и капитан продублировал свои слова, показав мне растопыренные пальцы обеих рук.

Я отвернулся, завершая разговор, и отошел в сторонку, предоставив возможность Котику спокойно управлять поворотом Асеко на обратный курс.

Сняв рюкзак, развернул скатку с одеждой и не спеша стал одеваться. Надел штаны, рубаху, обулся, перепоясался и подвесил за спину меч на перевязи. Кольчугу решил не надевать. Никакой серьезной драки не предвиделось, а что касается китобоев, - много чести будет. Как говорится, - я их одной левой… Что, кстати, и продемонстрировал наглядно, начистив им физиономии.

С каждой новой деталью одежды и снаряжения в глазах у капитана, который вместе с рулевым, наблюдали за моим туалетом - рос градус почтения и медленно раскрывался рот. Наконец, я притопнул ногами, проверяя подгонку костюма, а капитан с громким щелчком захлопнул рот. То-то же. Кажется, он и вся его команда начали догадываться об истинном положении вещей.