— Но пока вы будете собираться, — снова не выдержал Муратов, — может произойти непоправимое.

— Возможно. Но теперь уже ничего нельзя исправить или изменить. Не говорите со мной резко, я этого не люблю. Наш план уже осуществляется. Так случилось по вашей вине. Я вас предупреждала.

Был момент, еще на Земле, когда Муратов подумал, что слова Гианэи «спасаю вас» вызваны не опасением за судьбу людей, а инстинктом самосохранения. Ведь, живя на Земле, Гианэя разделяла любую участь человечества Земли. Но сейчас он понял, что она была тогда искренна. Ее собственная участь ей безразлична. Если бы это было не так, Гианэя сказала бы все немедленно.

— То, что сделал Риагэя, оказалось напрасным, — задумчиво произнесла Гианэя, очевидно, думая вслух. — Но так и должно было случиться…

Муратов расслышал эти слова, хотя они и были сказаны очень тихо.

Он не задал напрашивающегося вопроса: она говорила не ему, а самой себе.

И вдруг он осознал, что Гианэя сказала эту фразу по-испански!

6

Несколько минут Муратов машинально следил за Гианэей. Он первый раз видел, как она плыла, и невольно залюбовался красотой ее движений.

Но его мысли были далеко…

Она сказала самой себе, подумала вслух и сделала это на земном языке!

Люди иногда произносят свои мысли вслух, когда глубоко задумываются. Но почему Гианэя «подумала» на испанском языке? Было бы гораздо естественнее, если бы она сказала эту фразу на своем. Человек всегда думает на своем, а не на чужом языке.

Муратов чувствовал, что стоит на пороге какого-то очень важного открытия.

«Выходит, — думал он, — что испанский язык знаком Гианэе очень давно, может быть, с детства. Она его так хорошо знает, так привыкла к нему, что даже думать может на нем. Это странно и необъяснимо. Но примем это как факт. Гианэя явно не разбирается в технических вопросах, плохо знает цель прилета своих соплеменников в солнечную систему. Их план известен ей только в общих чертах. Почему это так? В космический полет не возьмут ненужного члена экипажа. Зачем-то она была им нужна. Зачем? Только одно могло сделать ее полезной — знание языка Земли, испанского языка. Гианэя должна была служить им переводчицей! Но тогда получается, что люди с погибшего корабля намеревались высадиться на Земле, а не только на Луне, где, по их мнению, живых существ еще не было. Чрезвычайно важный вывод!»

Муратов чуть не бегом бросился на поиски Стоуна. Он нашел начальника экспедиции в обществе Сабо, Токарева и Вересова.

— Послушайте, товарищи! Я хочу сообщить вам очень важную новость.

Он подробно передал весь свой разговор с Гианэей и свои мысли.

— Получается, — закончил он, — что они не только намеревались осуществить свой план, но и какое-то время хотели провести на Земле. Как же это согласовать?

Сообщение Муратова произвело большой эффект. Стоун в волнении вскочил с кресла.

— Вы правы, тысячу раз правы! — сказал он. — Мы глупцы, что не поняли этого раньше. Вся ситуация меняется. Если Земле грозит опасность, то, как бы она ни была страшна, это не катастрофа. Их план осуществится не мгновенно, для него нужно время. И достаточно длительное. А тогда и страшного ничего нет. Мы справимся с любой опасностью (Стоун, не зная этого, повторил только что сказанные Гианэей слова). Спутники будут уничтожены в ближайшие часы. Вы трижды молодец, Муратов! Другой бы не обратил внимания на то, что Гианэя думает по-испански. Она явно знает этот язык с детства, это совершенно очевидно. И, значит, с детства предназначалась на роль переводчицы. Вспомните, она как-то сказала, что прилетела на Землю почти против воли.

— Если все это так, — сказал Токарев, — то зачем было Риагэе уничтожать корабль и самого себя? Если он был другом Земли, логичнее было явиться к нам и предупредить об опасности.

— Да, если он мог это сделать, — отозвался Сабо. — Мы ничего не знаем, вот в чем горе.

— При этом нельзя забывать и о том, что все наши предположения могут оказаться ошибочными, — сказал Стоун. — Возможно, что корабль не был уничтожен, а все же погиб из-за несчастной случайности.

— Нет, невозможно, — возразил Муратов, немного подумав. — Гианэя сказала: «То, что сделал Риагэя, было напрасным». Почему напрасным? Да потому, что спутники все равно получили приказ действовать. Это опять-таки вытекает из ее же слов.

— Она может и сама ошибаться, — с обычной упрямой манерой возразил Стоун.

Но, как выяснилось очень скоро, Гианэя не ошиблась.