Читаем «ГESS». Тайный план Черчилля полностью

В кабинет вошел шеф службы безопасности Гесса оберфюрер СС Пфенкер — молодой, энергичный, невысокий, полноватый, краснощекий. В левой руке он нес потертый черный кожаный саквояж. Правая рука прижата к боку, ей он поддерживает фуражку. Его походка несколько напряжена, он сосредоточен. С Гессом он дружил давно, оба увлекались астрологическими прогнозами. В прошлом он был близким другом Эрнста Рэма и возглавлял охрану шефа штурмовых отрядов СА. В ночь «длинных ножей» Пфенкер укрылся в доме Гессов да так и остался служить у него секретарем и шефом службы безопасности НСДАП.

— Хайль Гитлер!

— Хайль! — ответил Гесс, не вставая и не поднимая руки.

Пфенкер говорил очень тихо, собеседнику приходилось напрягаться, чтобы его услышать.

— Я получил шифровку из Лондона.

— Я понял. Есть что-то для фюрера?

Пфенкер сел на стул, выпрямил спину и посмотрел в глаза своему шефу.

— Ситуация складывается очень тревожная. Черчилль не намерен ни с кем советоваться. По крайней мере именно такие ходят разговоры в его кабинетах. Хотя наше «Вохеншау» уже прокричало, что Лондон разрушен.

— Ну, я не думал, что вы там всерьез слушаете истерические крики Геббельса.

— Не слушаю, а обязан слушать.

— Ну и что Черчилль? Хочет воевать дальше? Он готов с нами договориться, но боится, что об этом узнают. Представляете, оберфюрер, какой шум поднимет Москва, если узнает?

— Какую цену заплатим, рейхсминистр?

— Какую? Никакую, дорогой мой. Британия больше нашего заинтересована в мире, а то, что мы им предлагаем, — это просто подарок. Они его возьмут и будут долго нас благодарить.

— Шеф, вы забыли про наш договор с русскими. Если что-то станет известно, Сталин разорвет договор и нам придется воевать на два фронта. Я не утверждаю, а высказываю мои сомнения. Как человек, который занимается безопасностью партии и вашей тоже, я должен высказывать сомнения, простите меня…

— Во-первых, русские договор будут соблюдать. Кроме всего, осталось совсем немного и этот договор можно будет вообще забыть.

На лице Гесса мелькнула быстрая гримаса — улыбка.

— Неужели фюрер решится воевать на два фронта?

— Вы, конечно, моя безопасность, но даже вам я не скажу больше того, что нужно. Считайте, что я пошутил.

Пфенкер поднялся со стула.

— Разрешите? — Достал из саквояжа, стоящего у ног, плотный лист бумаги и тихо прочитал: — «Советский Союз будет уничтожен в течение двух месяцев. План “Барбаросса”. Предполагаемое начало: середина июня».

Гесс вскочил и почти закричал:

— Как вы могли решиться читать мою личную почту? Вас надо было расстрелять вместе с Рэмом!

Пфенкер покраснел еще больше.

— Вы можете это сделать в любой момент, хотя я рассчитывал на большее доверие ко мне, — он положил лист на стол Гессу. — Это донесение моего человека из Лондона. Вашу почту я обычно не трогаю, — добавил он обиженно, — тут все, как вы хотите…

Выдержал паузу и медленно произнес:

— Это опасный план.

Гесс молча посмотрел в глаза Пфенкеру, протянул руку к статуэтке орла и накрыл ее своей ладонью. Затем медленно взял лист и стал читать вслух: