Читаем Герои Пушкина полностью

Или к мифу о Девкалионе и Пирре из «Метаморфоз» Овидия, где потоп уничтожает всех, кроме двух невинных супругов. См.: Козлов С. Л. Из комментариев к «Медному Всаднику» // Литературный процесс и проблемы литературной культуры: Материалы для обсуждения. Таллинн. 1988. С. 3–4.

62


Хаев Е. С. Идиллические мотивы в произведениях Пушкина 1820—1830-х годов//Болдинские чтения. Горький, 1984. С. 101.

63


Лотман Ю. М. К проблеме «Данте и Пушкин» // Временник Пушкинской комиссии: 1977. Л., 1980. С. 88–90.

64


См.: Вацуро В. Э. Русская идиллия в эпоху романтизма // Русский романтизм. Л., 1978.

65


Хаев Е. С. Идиллические мотивы в произведениях Пушкина 1820—1830-х годов. С. 104, 109.

66


Надеждин Н. И. Литературная критика. Эстетика. М., 1972. С. 323.

67


Гордин М. А. Величие «ничтожного героя» // Вопросы литературы. 1984. С. 155–156.

68


Худошина Э. И. О сюжете в стихотворных повестях Пушкина («Граф Нулин», «Домик в Коломне», «Медный всадник») // Болдинские чтения. Горький, 1979. С. 45.

69


Карамзин H. М. Письма русского путешественника. Повести. М., 1980. С. 122. И Пушкин, и Карамзин ориентируются на вергилиевы «Георгики».

70


Мои темницы / Записки Сильвио Пеллико Салуцкого. СПб., 1836. С. 35. В Части 2 предлагаемой книги, в статье, посвященной образу Петруши Гринева, уже отмечались параллели с «Моими темницами», содержащиеся в тексте «Капитанской дочки».

71


И здесь слабый довод — ссылка на пушкинское намерение, следы которого остались в черновиках, сделать Евгения поэтом. Ведь из чтения этих черновиков становится ясной связь образа Евгения-поэта с Ленским-поэтом; переклички с «Евгением Онегиным» самоочевидны: «В то время молодой сосед / В то время мой сосед-поэт <…> / Вошел в свой тихий кабинет», — а отношение Пушкина к Ленскому, при всей сочувственной любви, весьма ироничное.

72


Аверинцев С. С. Вместо послесловия // Новый мир. 1987. № 10. С. 236.

73


Ср. работы, в которых пушкинский юмор не берется в расчет и «картинки» анализируются вполне серьезно, даже трагически: Петрунина H. Н. Проза Пушкина: Пути эволюции/Отв. ред. Д. С. Лихачев. Л., 1987. С. 112–133; Тюпа В. И. Притча о блудном сыне в контексте «Повестей Белкина» как художественного целого // Болдинские чтения. Горький, 1983. С. 67–81. Ср., напротив, статью: Сурати И. Бедный смотритель: О литературном фоне повести А. С. Пушкина // Литературные произведения XVIII–XIX веков в историческом и культурном контексте. М., 1985.

74


Мы исключаем из рассмотрения «моральный облик» «противоположной стороны» — Дуни и Минского. Подробнее см.: Гершензон М. О. Мудрость Пушкина. М., 1919. С. 125–126.

75


См.: Лотман Ю. М. Идейная структура «Капитанской дочки» // Пушкинской сборник. Псков, 1962.

76


См.: Тархов А. Е. Повесть о петербургском Иове // Наука и религия. 1977. № 2. С. 62–64.

77


Цит. по: Поэзия и проза Древнего Востока. М., 1973. С. 720.

78


Там же. С. 566.

79


Если смотреть с точки зрения Всадника, то можно узнать картину Вступления: «бедный челн / По ней стремился одиноко». Но в том-то и дело, что Он ни тогда, ни сейчас этого не видит.

80


См.: Хаев Е. С. Идиллические мотивы в произведениях Пушкина 1820—1830-х годов. С. 108–109.

81


Ср. у Ф. Глинки: «Как рыбарь, в море запоздалый…» // Соревнователь благотворения и просвещения. 1825. Ч. XXX. С. 97.

82


Не тот ли этот Остров счастья, на который призывал свою возлюбленную герой Э. Парни — «Вблизи отсель есть остров опустелый, / Счастливый уголок земли; / Его гранитных скал страшатся корабли / <…> / Сей остров невелик; и Матерью-Природой/ Как будто сотворен для нежныя четы: / Границы — Океан…<…>/Судьба — гонитель наш — там сжалится над нами: / „Я беден славою; но счастием богат!“» (пер. Ал. Норова, 1821)/Французская элегия XVIII–XIX веков в переводах поэтов пушкинской поры. М., 1989. С. 443–444.

83


Батюшков К. Н. Соч.: В 2 т./Сост., подгот. текста, вступ. статья и коммент. В. Кошелева. М., 1989. Т. 1. С. 76–77.

84


Пумпянский Л. В. «Медный Всадник» и поэтическая традиция. С. 109.

85


Ср. прилагательное «бедный»: «… при всей простоте своей, <…> без всяких объяснений показывает бескорыстность, чистоту любви Дафниса и — презренную в глазах света бедность… облагораживает, придает ей какую-то прелесть» (Истов И. Разбор идиллии [Гнедича] «Рыбаки» // Благонамеренный. 1822. № 17. С. 147–148).

86


См.: Зорин А. Л. Несчастный счастливец // Батюшков К. Н. Избр. соч./Сост. A. Л. Зорина и А. М. Пескова; Вступ. ст. A. Л. Зорина; Коммент. А. Я. Зорина и О. А. Проскурина. М., 1986. С. 3—20.

87


Батюшков К. Н. Соч.: В 2 т. Т. 1. С. 207–208, 212–213.

88


Российский Музеум. 1815. № 12. С. 76.

89


Каллиопа. М., 1815. С. 66–67.

90


Перейти на страницу:

Похожие книги

Хлыст
Хлыст

Книга известного историка культуры посвящена дискурсу о русских сектах в России рубежа веков. Сектантские увлечения культурной элиты были важным направлением радикализации русской мысли на пути к революции. Прослеживая судьбы и обычаи мистических сект (хлыстов, скопцов и др.), автор детально исследует их образы в литературе, функции в утопическом сознании, место в политической жизни эпохи. Свежие интерпретации классических текстов перемежаются с новыми архивными документами. Метод автора — археология текста: сочетание нового историзма, постструктуралистской филологии, исторической социологии, психоанализа. В этом резком свете иначе выглядят ключевые фигуры от Соловьева и Блока до Распутина и Бонч-Бруевича.

Александр Маркович Эткинд

История / Литературоведение / Политика / Религиоведение / Образование и наука
Толкин
Толкин

Уже много десятилетий в самых разных странах люди всех возрастов не только с наслаждением читают произведения Джона Р. Р. Толкина, но и собираются на лесных полянах, чтобы в свое удовольствие постучать мечами, опять и опять разыгрывая великую победу Добра над Злом. И все это придумал и создал почтенный оксфордский профессор, педант и домосед, благочестивый католик. Он пришел к нам из викторианской Англии, когда никто и не слыхивал ни о каком Средиземье, а ушел в конце XX века, оставив нам в наследство это самое Средиземье густо заселенным эльфами и гномами, гоблинами и троллями, хоббитами и орками, слонами-олифантами и гордыми орлами; маг и волшебник Гэндальф стал нашим другом, как и благородный Арагорн, как и прекрасная королева эльфов Галадриэль, как, наконец, неутомимые и бесстрашные хоббиты Бильбо и Фродо. Писатели Геннадий Прашкевич и Сергей Соловьев, внимательно изучив произведения Толкина и канву его биографии, сумели создать полное жизнеописание удивительного человека, сумевшего преобразить и обогатить наш огромный мир.знак информационной продукции 16+

Геннадий Мартович Прашкевич , Сергей Владимирович Соловьев

Биографии и Мемуары / Литературоведение / Документальное