Читаем Герой (ЛП) полностью

Я сижу у окна в своей комнате, когда моего плеча касается чья-то рука. Я подскакиваю на месте, разворачиваясь всем корпусом.

— Прошу прощения, — произносит Норман. — Я звал вас несколько раз. Не хотел напугать.

Я вздрагиваю, проводя ладонями по рукам.

— Всё в порядке.

— Мне закрыть окно? Становится холодно. Зима не за горами.

— Нет.

— На что вы смотрите каждый день, пока сидите здесь?

— Любопытно, а на фасаде дома есть горгульи?

Он сдержанно смеётся.

— Горгульи?

— Да. Те, что вырезаны из камня. Ужасные чудовища.

— Нет, — тихо говорит Норман.

— А, по-моему, должны быть, — он не отвечает, но выглядывает из окна вслед за мной. — Я бы хотела прикоснуться к тем розам.

— У них длинные шипы, — я поднимаю на него глаза, и он кивком головы указывает на прикроватный столик. — Я могу принести цветы вам в комнату.

— Это не одно и то же.

— Понимаю. Почему бы вам не сделать снимки при помощи фотоаппарата?

— Я уже это сделала, — отвечаю я. — Мои любимые… — и я замолкаю.

— Продолжайте, — произносит он со скромной улыбкой. — Какие ваши любимые?

— Я сделала снимок, когда шёл дождь. Капли скатывались по стеклу, создавая прозрачные дорожки снаружи и искажая вид на розы.

Он прочищает горло, когда я перестаю говорить. Ладонью я вожу по обложке книги, лежащей у меня на коленях.

— Что это? — интересуется он.

— Вы о книге?

— Нет. О закладке.

Я вытаскиваю из неё оторванный листочек календаря, забывая о том, что место, на котором остановилась, будет потеряно. Дата, указанная на листочке, бросается мне в глаза. Восьми недель, в течение которых я нахожусь здесь, словно не существует.

— Простите, — произношу я, глядя на стол, на котором лежит изодранный календарь, украденный мной. — Я взяла его в библиотеке.

Он понимающе вздыхает.

— Прошло уже немало времени с тех пор, когда вы в последний раз были в кино. Возможно, фильм поднимет ваше настроение?

— У меня всё в порядке с настроением, — произношу я и поворачиваюсь назад к окну. — Мне бы нравилось находиться здесь, если бы меня не вынуждали сидеть взаперти.

Я не просто так смотрю из окна. Я жду. Жду, когда Герой услышит о моей ситуации. Я буду здесь, у окна, сидеть и ждать его, когда он наконец-то придёт за мной.

— Очень хорошо. Хозяин Дома просил, чтобы вы спустились сегодня к ужину.

Я резко поворачиваю голову в его сторону, моя реакция вызывает у него улыбку. Когда звон от его слов утихает в моей голове, меня начинают беспокоить два новых чувства: инстинктивный страх и неутолённая потребность в ответах.

— Пожалуйста, не пререкайтесь с ним, — просит Норман.

— Не буду.

Я не получаю ответы от персонала дома, но теперь передо мной открывается новая дверь. Чувствую такое искушение спросить о Гае, но мой секрет — это единственное, что я могу держать под контролем.

Сквозь эти размышления до меня доносится голос Нормана.

— Вам нужно одеться более торжественно. Пожалуйста, выберете что-то не такое повседневное. Я пришлю Розу помочь вам.

Я бегу от окна в гардероб сразу после того, как он закрывает за собой дверь. Изучаю каждую деталь одежды, будто смотрю на неё по-новому. Деньги были проблемой для меня, когда я росла, но в качестве хобби моя мама выбрала шитьё. Сама я никогда не пробовала шить, но часто сидела с ней, пока она работала. Мою щёку ласкает шифон, воспоминания вызывают у меня улыбку.

Я направляюсь в душ. Выдавливаю большое количество геля на губку и моюсь с большим энтузиазмом. Я дважды промываю волосы и ополаскиваю их кондиционером. После этого не спеша наношу макияж, пытаясь не думать о том, что просто хочу выглядеть презентабельно.

Роза заходит в мою комнату с улыбкой на лице. Я закрываю глаза и расслабляюсь, пока она проводит расчёской по моим влажным волосам, пытаясь бережно распутать мои спутанные локоны. Её умелые пальцы убирают волосы с моего лица, осторожно касаясь висков. Ко мне очень редко кто-то прикасается. Я наклоняю голову вперёд, и волосы каскадом спадают вниз, пока она их расчёсывает. Я даже не прикасаюсь к ним. Меня поглощают мысли, от которых я чувствую влагу между ног. Сейчас эти мысли кружатся вокруг тёмной фигуры, которая так дерзко использовала мой рот. А самое сильное чувство вины вызывает то, что я ловлю себя на мысли, что думаю об этом несколько раз за день.

Я выбираю платье в пол цвета чайной розы. В некотором смысле это маленький шажок вперёд по сравнению с тем, что я ношу в этом доме. Меня окутывает странное чувство, когда я обуваю босоножки на шпильке, чтобы просто спуститься в них вниз по лестнице. С большим трудом я по-испански дважды спрашиваю Розу, должна ли я вообще их надевать, и оба раза она одобрительно кивает.

Мы вместе выходим из моей комнаты, но она покидает меня, как только мы спускаемся на первый этаж. На самом деле она мне и не нужна. Я уже с закрытыми глазами ориентируюсь в доме, по крайней мере, в тех его частях, где мне разрешается находиться.

Но никакой промежуток времени не смог бы подготовить меня к тому, что я вижу.