Читаем Герой полностью

Эти сады выглядели лучше, чем когда-либо прежде, и все благодаря трудам искусного садовника, брата Айвена, который ежедневно возился среди растений, прыгал по дорожкам, пел, колдовал и бормотал, чирикал и плясал вместе с птицами, пчелами, белками и деревьями.

Да, даже с деревьями, которые, отвечая на его призыв, оживали и тоже начинали танцевать, к немалой тревоге Айвена.

Но, в конце концов, в этом заключалось ремесло Пайкела, его работа. А в работу Айвена входило стоять – точнее, лежать – на страже у дверей помещения, недавно пристроенного к задней стене особняка. Вход в помещение обрамляли три длинные узкие каменные балки: две стояли вертикально, третья лежала сверху, поперек.

– Пайкел! – раздался голос Кэтти-бри. – Иди сюда. Нехорошо заставлять короля Бренора ждать.

– О-о-ой! – отозвался Пайкел.

Айвен вывалился из гамака и поправил свои доспехи и нарядную одежду. Поплевав на пальцы, он пригладил растрепавшиеся волосы.

Спустя несколько минут появились Кэтти-бри и Дзирт; Дзирт был облачен в обычные черные кожаные доспехи и плащ, зеленый, как листья деревьев, а на поясе у него висело оружие. Рядом с ним шагала Гвенвивар, и вид ее заставил Айвена хихикнуть – он знал, что огромная черная кошка обожает дразнить короля Бренора.

Однако взгляд дворфа лишь ненадолго задержался на Дзирте и волшебной кошке. При виде Кэтти-бри в белых одеждах и черной кружевной шали он затаил дыхание от восторга.

«Какая прекрасная пара!» – подумал он. Дворф надеялся, что передаваемые шепотом слухи имеют под собой основания.

Вскоре прибежал и Пайкел, грязный, взъерошенный; он хохотал, и причина его веселья стала ясна через минуту, когда подошли Пенелопа Гарпелл и старый Киппер. За ними следовали два парящих диска с бочонками лучшего вина производства Широкой Скамьи. Этот напиток являлся плодом многолетних усилий Пенелопы, направленных на развитие местного виноделия.

Дзирт и Кэтти-бри, увидев женщину, обменялись улыбками и кивнули друг другу; этот безмолвный разговор не ускользнул от внимания Айвена. Пенелопа тоже потрясающе выглядела в великолепном синем платье, которое плотно облегало фигуру и подчеркивало ее соблазнительные изгибы.

Айвен, подобно Дзирту и Кэтти-бри, не бывал в Гаунтлгриме уже несколько декад, но Пенелопа часто посещала подземный комплекс; она работала вместе с Громфом и другими магами, которые в свое время контролировали «извержения» Предвечного. Поговаривали, что они трудятся над каким-то новым проектом, о котором пока ничего не было толком известно.

– Вы уверены, что мне можно уйти? – спросил Айвен.

– Портал прекрасно охраняется с другой стороны, – сказала ему Кэтти-бри. – На одну ночь ты можешь его оставить, ничего страшного не случится.

Она обернулась к Пенелопе с вопросительным выражением на лице.

Женщина спокойно кивнула и, подойдя к двери, жестом попросила Айвена открыть замок.

– Громф уверен, – сообщила Пенелопа остальным, прежде чем войти.

– И я тоже, – добавил Киппер, напомнив им всем, что именно он возглавлял этот «проект» с участием Предвечного. Собственно говоря, подобная магия была его специальностью.

– Значит, идем, – подтвердила Пенелопа, и в руке ее откуда-то возник лист пергамента – хотя Айвену оставалось лишь догадываться, где она могла прятать его в этом открытом облегающем платье. Она откашлялась и начала читать загадочные магические слова.

Пергамент был написан на древнем, почти забытом языке дворфов Делзун, основавших Гаунтлгрим, но Айвен уловил слова, означавшие «друг» и «союзник», а также упоминание верности «клану и народу».

Основания вертикальных камней начали светиться, затем их охватило оранжевое пламя. Зрелище походило на отражение огня очага в толстом стекле, хотя камни не могли отражать свет и были совершенно непрозрачными.

Пламя поползло вверх по столбам, одновременно достигло обеих верхушек, перекинулось на поперечную балку, и огненные языки встретились посредине. В тот момент, когда огонь охватил весь портал, он вспыхнул ярче, и все, кто находился в комнате, ощутили его жар. Дверной проем заполнила огненная стена.

Рука Дзирта машинально потянулась к Ледяной Смерти.

– Вы уверены, что мы не нуждаемся в защите? – спросил он.

Старый Киппер рассмеялся. Обойдя дроу, маг шагнул прямо в охваченный огнем дверной проем и исчез; его диск вплыл туда же вслед за ним и точно так же растаял.

– О-о-ой! – произнес Пайкел, затем с удивительной силой схватил Айвена и толкнул его в огонь.

– Сегодня нас ждет веселая ночь, – пообещала Пенелопа Дзирту и Кэтти-бри, и те не собирались возражать.

Кэтти-бри сжала пальцы Дзирта и повела его в портал. Он ощутил мимолетный жар, затем головокружительное чувство, будто его уносило куда-то прочь, а в следующий миг он шагнул из точно такого же каменного портала в комнату, которая, как он знал, располагалась неподалеку от главного тронного зала Гаунтлгрима, в сотне миль от Дворца Плюща.

– Эльф! – радостно воскликнул сияющий Бренор, который ждал их там, в Гаунтлгриме. Но дворфский король тут же нахмурился: – Ба, зачем ты приволок с собой эту проклятую кошку?

– Хи-хи-хи, – не удержался Пайкел.