Читаем Германия и Россия - взгляд немецкого националиста полностью

 В своем программном произведении «Третий Рейх» (1931) автор подверг резкой критике те реакционные силы в Германии, которые заявляли о своей готовности «стать наемниками Антанты, чтобы бороться - всеми доступными способами - с большевистской Россией. Но противостояние с русскими означало тогда гражданскую войну в самой Германии. А ведь никакое освобождение народа невозможно, если в тылу идет гражданская война! Реакционер слишком далек от реальных проблем, он не в состоянии понять, что наш путь - это великое противостояние народов Востока в их борьбе с Западом, народов, ставших на путь социализма, в их борьбе с теми, кто исповедует либеральные ценности, всех тех, кто в едином порыве смог объединится против Франции, несущей нам лишь помутнение рассудка» (стр. 240). И далее: «Мы не должны идти тем путем, который нам предлагает либеральный Запад: индивидууму мы обязаны противопоставить общность нации, распаду и атомизации народа - его единение» (стр. 115).Что касается внешнеполитического курса, который Гитлер избрал после 1933 года, то он тоже выглядел иначе, чем принято считать. Речь не шла о завоевании «жизненного пространства в Украине» - у Германии не было и нет общей границы с Украиной, да и с Россией тоже нет.

 Утвердиться в относительно малонаселенных восточных областях немцы могли исключительно за счет Польши и Чехии. В «Моей борьбе» Гитлер справедливо указывал на то, что наибольшую опасность для нас представляет война на два фронта: такого развития событий следует избегать всеми силами. Веймарская республика никогда бы не признала аннексию Польшей немецких провинций Гренцмарк Позен-Вестпройсен и Верхней Силезии, на территории которых под польским владычеством оказалось до 2 млн. немцев. Вот почему в 1934 году Гитлер пошел на союз с маршалом Пилсудским - угроза Германии, по мнению Гитлера, исходила в первую очередь от СССР, который оказался в руках международного еврейства, а союз с Польшей был необходимым шагом на пути создания анти-большевистской коалиции. Коммунисты представляли собой - наряду с 500000 немецких евреев - самую крупную и наиболее международно интегрированную часть населения страны: вспомним события 1919 года, Баварскую советскую республику, вооруженные восстания коммунистов в Саксонии, Тюрингии и Рурской области.

 В ходе последних выборов, в которых коммунистам удалось принять участие, свои голоса им отдали миллионы немцев. Понятно, что эта - в потенциале - пятая колонна Сталина могла при необходимости легко встать под его знамена. Понятна и готовность Гитлера идти на уступки полякам - со времен Первой мировой войны ни одно немецкое правительство не проявляло такой мягкотелости: референдум по Западной Пруссии - как и ожидалось - открыл бы полякам экстерриториальный выход к Гдыне, которая оставалась в руках Польши, и к морю; если бы референдум завершился в пользу Польши, то Германия получала экстерриториальный коридор, который связал бы ее с Восточной Пруссией, а Данциг (доля немцев в населении этого города составляла 98 %) вернулся бы в состав Рейха. Дружественный настрой официального Берлина к Польше хорошо демонстрируют учебные материалы доктора Лея (№ 4, 1939), которые появились в печати в марте 1939 года под заголовком «Раса как судьба народа»: рядом с портретами генерала Франко и Бенито Муссолини мы видим фотографию маршала Пилсудского и министра иностранных дел Польши Бека; ниже автор дает необходимый комментарий: «Освободители Польши от большевизма Ленина-Троцкого» (прим. пер.: Лей, Роберт - в те годы рейхсляйтер, заведующий Организационным отделом НСДАП и одновременно руководитель Германского трудового фронта).