Читаем Герильеро (СИ) полностью

Группа провела весь день в тренировочном походе, бойцы устали и хотели как можно быстрее вернуться на базу. Когда они вышли к реке, Хоакин понял, что выбрал неправильную дорогу и приказал найти ближайший брод, чтобы не терять время на возвращение к развилке. И как только нашли, Хоакин не стал ни разведку посылать на тот берег, ни прикрытие оставлять на этом, а скомандовал переправу. Первым с мачете в руках шел Роландо, Хоакин замыкал цепочку и когда все уже были в воде, из зарослей на берегу появились чертовы кечуа в коричневых пончо, утыканных ветками и листьями и сделали вид, будто стреляют по группе — партизанен пуф-пуф!

А главный среди них еще и метнул в воду камень, да так, что забрызгал половину отряда и крикнул, что это была граната.

— Значит, я говорю с покойником? — почти прошипел Че.

Хоакин потупился.

— Майор Акунья! — команданте встал в полный рост, поднялся и Хоакин.

— Я!

— Как командующий Армией национального освобождения Боливии, я разжалую вас в лейтенанты.

— Есть.

14 декабря

Говорил со всей группой, «прочитав проповедь» о сущности вооруженной борьбы. Особо подчеркнул необходимость дисциплины, предупредил боливийцев об ответственности, которая ложится на них. Потребовал вести себя так, будто мы уже воюем — всегда высылать разведку и охранение. Сообщил о разжаловании Хоакина, но оставил его на должности моего заместителя по военной части. Остальных распределил так: Инти — комиссар, Алехандро — начальник штаба, Помбо — обслуживание, Роландо — финансы, Ньято — снабжение и вооружение, Моро — медицинская часть.

Вечером прибыл Маркос, он поранил руку, когда вырезал себе палку; ему наложили два шва.

19 декабря

День начался с обычных дел. Рыли окопы и приводили в порядок лагерь. У Мигеля объявилась высокая температура и все признаки малярии. Я тоже весь день чувствовал себя так, как будто вот-вот заболею, но вроде все обошлось.

Около четырех вечера, когда Рубио и Педро ушли, чтобы сменить двоих часовых в другом лагере, появился Моро, который сообщил, что на ранчо заявилась полиция. В поисках “завода” наркотиков туда на трех джипах приехали десять полицейских. Арестованы Хорхе, Коко и Эрнесто, изображавшие хозяина финки и двух работников. Полицейские обыскали дом, их внимание привлекли некоторые странные для них вещи: например горючее для наших ламп, которое мы не успели отнести в тайники.

Задача продержаться в джунглях как можно дольше усложняется. Мало нам того, что индейцы чувствуют себя в наших лагерях как дома. Мало нам отвратительной дисциплины, теперь надо думать, как выручать товарищей. Сил атаковать Лагунильяс, где по слухам держат арестованных, у нас пока нет.

***

Вася ходил вокруг сияющего краской новенького трактора и даром что не урчал от радости. Падре Луис, не дожидаясь оговоренных денег за статуэтки, сумел убедить свое начальство “помочь” индейцам и вот, первый мини-трактор в айлью Чакимайю. Не в своем родном Контиго, а вот тут — просто потому, что здесь нашелся обученный тракторист, работавший когда-то в городе. Анти, сын Иллаюка, которого Вася мысленно окрестил “Антоном Ильичом”, степенно отодвинул посторонних, включая касика, от сложной техники, проверил уровень топлива и масла и запустил движок.