Что касается Расселла, то именно 29 июля 1485 года он был освобождён от должности Лорда Канцлера, которую занимал с времён протектората. Насколько мне известно — по приказу короля. В пользу того самого архиепископа Йоркского Томаса Ротерхэма, который, в своё время, передал Большую Печать Элизабет Вудвилл. Возможно, король не простил затяжки с выполнением приказа. Возможно, ему просто надо было задобрить Йорк, чтобы не получилось, как в 1480-м году, когда город послал в армию 120 воинов в марте, но они всё ещё продолжали свой марш в сентябре. Тем не менее, Расселл никогда не имел большого интереса к своей должности, и хотя он совершил несколько дипломатических миссий для Тюдора, он явно был гораздо больше занят делами своего прихода. Вряд ли он саботировал приказ Ричарда. Но если и так, то трудно понять, зачем.

Дата письма говорит о том, что король более или менее был в курсе того, что происходит с подготовкой экспедиции Тюдора, и о том, когда можно ожидать вторжения. Жаль только, что он не знал, о каком именно Милфорде идёт речь.

Впрочем, в те дни о своём отплытии ничего не знал и Ричмонд. Да, французский король пообещал ему 40 000 ливров, но с выплатой частями. И Ричмонд получил только первую часть. Скидмор предполагает, что правительство де Божё хотело иметь Ричмонда под рукой до поры до времени, и именно там, где это было выгодно для французской политики. То есть, всё зависело от состояния дел не между Францией и Англией, а между Англией и Бретанью.

Когда 25 июня 1485 года Ричард пообещал Франциску тысячу лучников, правительство Франции объявило своим подданным, что Англия собирается напасть на Францию. После казни Ландау в июле, дипломатическое напряжение между Францией и Бретанью ослабло, и судьба остальных 30 000 ливров, обещанных Ричмонду, повисла в воздухе. Судя по всему, он никогда их и не получил, что было, несомненно, большой для него печалью и разочарованием.

Но он получил их эквивалент, 20 000 экю золотом, как частный займ от Филиппа Лилльера, одного из советников короля Шарля и капитана Бастилии. Именно этот займ был обеспечен заложниками, которых Ричмонд оставил во Франции — маркизом Дорсетом и юным зятем Жиля Дюбени, бароном Фиц-Варином. Насколько я понимаю, кстати, выбор заложников делал Лилльер, не Ричмонд. И Лилльер сделал такой выбор, в котором он бы получил своё при любом результате авантюры Ричмонда.

Скидмор также утверждает, что тот юрист Джон Морган, который заверил Ричмонда в поддержке его дела в Уэльсе, нашёл Ричмонда ещё в Онфлёре, а не в Милфорде. Также он утверждает, что Уэльс был выбран буквально в последний момент, и именно потому, что на борту флотилии Ричмонда не было ни Дорсета, ни Фиц-Варина, которые могли бы обеспечить поддержку авантюристам на западе страны.

То есть, «валлийская карта», которую пришлось разыгрывать Ричмонду, была не лучшей из возможных. Она была единственной.

1 августа 1485 года, флотилия Ричмонда взяла курс на Англию. В тот же день, 1 августа, королю Ричарду была доставлена Большая Печать, позволяющая ему начать собирать армию. Достаточно поздно, надо сказать, но в те времена никто не мог себе позволить собрать армию и ждать часа Х — это было немыслимо дорого. Армии собирались и распускались очень быстро, чтобы избежать возни с обозами, провиантом и прочих сложностей, связанных со скоплением большого количества вооружённых людей в одном месте.

О важности предварительной подготовки

Ричард III не упустил из вида, что Ричмонд с французами может высадиться не только там, где за ситуацией следил Ловелл с флотом. Гарнизон ополчения был ещё зимой расположен в полутора милях от Милл Бэй, где высадился Ричмонд. Но бухта была из замка Дэйл не видна, а патрулей ополченцы, почему-то, не выставили. Таким образом, корабли спокойно разгрузились, Ричмонд исполнил свою псалмопевческую партию, оба знамени — одно со св. Георгием, и другое с драконом — были расчехлены, и Ричмонд даже посвятил в рыцари восьмерых: Эдварда Кортни, Филибера де Шанди, Джона лорда Веллеса, Джона Чейни, Дэвида Оуэна, Эдварда Пойнингса, Джона Форта и Джеймса Блаунта. Всё было очень по-королевски.

Не то, чтобы эти сцены остались совсем без зрителей. Один сквайр даже оставил описание: “You conducted… your king from the water once when chieftains landed and mustered. There were seen our gallant ones and a throng like York fair and the host of France, a large and heavy host by the sea-shore, and many a trumpet by the strand, and guns around a red banner, and mighty tracks where you passed”[42].

Говорят, что французы не сходили на землю, пока их не уверили, что никто высадившихся атаковать не собирается. Понять их можно — не успели последние наемники покинуть палубу, как де Казанова помчался прочь от Англии. К 20 августа он уже вовсю грабил Фердинанда и Изабеллу, напав на четыре венецианских галеры, везущих дорогой груз во Фландрию.