Читаем Гении и прохиндеи полностью

Это поразительно! Ведь если Мунблит пылал ненавистью к Буденному и мстил ему, спустя лет 30-40 после его статьи, то Сарнов, как и в истории с Павликом Морозовым, так же пылает и клевещет, когда прошло уже почти 80 лет. Какая неуёмная злобность!..

И.С.Исаков умер в 1967 году. С.М.Буденный - в 1973-м. Я решил позвонить Мунблиту, но, оказалось, что и он не так давно умер. Как почти во всех байках и побасёнках, что Сарнов рассказывает, в живых остался он один. Тогда, негодуя за клевету на покойного маршала, я раздобыл фотографию Буденного 1916 года, где он со всеми крестами и медалями, и послал Сарнову, любезному однакашничку, с письмецом, в котором советовал: "Повесь, Беня, у себя этот портретик С.М.Буденного и молись на него ежедневно утром и вечером, как на своего спасителя, и проси у него прощения." К месту будет добавить, что Буденный получил даже не четыре креста, а пять. Он рассказывает в своих воспоминаниях "Пройденный путь"(М.,1958) : "За бой под Бжезинами все солдаты моего взвода были награждены медалями "За храбрость", а меня наградили Георгиевским крестом 4-й степени". А позже, говорит, произошла ссора с вахмистром Хестановым, который "пнул мне в лицо кулаком. Не стерпел я обиды, развернулся и ударил Хестанова. Он упал и долго лежал неподвижно. Солдаты молчали, пока кто-то не предложил свалить вину на коня Испанца." А дальше произошло вот что:

"Полку приказано было выстроиться в каре. На середину вынесли штандарт. И вдруг я слышу команду:

- Старшему унтер-офицеру Буденному на середину полка голопом, марш!

Адъютант полка зачитал приказ по дивизии, что я подлежу полевому суду и расстрелу.

- Но, учитывая его честную и безупречную службу, решено под суд не отдавать, а ограничиться лишением Георгиевского креста." Это, милый, посерьёзней, чем твое исключение в Литинституте из комсомола в 47-м году. Никакой вахмистр Хестанов тебе по физиономии не врезал и расстрел тебе не грозил, хоть ты и намекаешь на что-то подобное. А сейчас ты сам в роли вахмистра Хестанова, только тот один раз ударил молодого унтер-офицера, а ты без конца плюешь на могилу старого маршала. Вновь крест 4-й степени Буденный получил на Кавказском фронте в бою за город Ван, во время которого его 3-e взвод 5-го эскадрона 18 Северского драгунского полка захватил батарею из трех пушек;

Георгия 3-e степени Семена Михайловича наградили за участие в нескольких атаках под Менделиджем; 2-e степени - за 22-дневный рейд по тылам противника; наконец, 1-e степени - за ночную разведку, во время которой было взято в плен шесть турецких солдат. А высокие советские награды были естественным продолжением и развитием этих Георгиевских... А вы-то с Мунблитом сколько пушек захватили, сколько турок в плен взяли? Вы только по тылам Советской истории шастаете...

После фекальной попытки относительно Буденного и других наших маршалов Сарнов, естественно, попытался проделать то же самое с почетными званиями нашей страны: "Слово "герой" стало официальным званием: "Герой Советского Союза", "Герой социалистического труда". Введение такого звания уже самой процедурой его присвоения предполагала, что героем человека можно назначить" Да, конечно, можно "назначить", но - после того, как человек совершил нечто героическое. Тут поражает не столько злобность ума, сколько его бедность, полная неспособность к аналогиям и ассоциациям: ведь во всем мире существуют подобные почетные звания! Например, английская королева взяла и назначила супруга Галины Вишневской - рыцарем. Она присвоили ему звание "Рыцарь Британской империи". Чего ж Сарнов молчал? Почему не вышел с Мунблитом на Красную площадь с плакатом "Долой назначенных рыцарей!" Чего молчал и когда звание Героя давали Михиалу Ромму, Сергею Юткевичу или , не так уж давно, - Даниилу Гранину?

Тут же читаем, что звание Героя у нас давалось "далеко не всегда заслуженно." Далеко!.. Вот, мол, Александр Матросов. Есть версия, что он вовсе не бросился на амбразуру вражеского дзота ради победы, а просто поскользнулся случайно возле него и упал: скользко было, гололед... Конечно, можно бы напомнить Сарнову о нынешнем Израиле, где палестинцы сознательно идут на верную смерть ради победы, но мы признаем: да, случались и незаслуженные награждения. Где ж не бывает случайностей! И в Союз писателей порой незаслуженно принимали и даже на работу в "Пионерскую правду". У Бога всего много...

В защиту рейхсфюрера Гиммлера

Перейти на страницу:

Похожие книги

Робот и крест
Робот и крест

В 2014 году настал перелом. Те великолепные шансы, что имелись у РФ еще в конце 2013 года, оказались бездарно «слитыми». Проект «Новороссия» провалили. Экономика страны стала падать, получив удар в виде падения мировых цен на нефть. Причем все понимают, что это падение — всерьез и надолго. Пришла девальвация, и мы снова погрузились в нищету, как в 90-е годы. Граждане Российской Федерации с ужасом обнаружили, что прежние экономика и система управления ни на что не годны. Что страна тонет в куче проблем, что деньги тают, как снег под лучами весеннего солнца.Что дальше? Очевидно, что стране, коли она хочет сохраниться и не слиться с Украиной в одну зону развала, одичания и хаоса, нужно измениться. Но как?Вы держите в руках книгу, написанную двумя авторами: философом и футурологом. Мы живем в то время, когда главный вопрос — «Зачем?». Поиск смысла. Ради чего мы должны что-то делать? Таков первый вопрос. Зачем куда-то стремиться, изобретать, строить? Ведь людям обездоленным, бесправным, нищим не нужен никакой Марс, никакая великая держава. Им плевать на науку и технику, их волнует собственная жизнь. Так и происходят срывы в темные века, в регресс, в новое варварство.В этой книге первая часть посвящена именно смыслу, именно Русской идее. А вторая — тому, как эту идею воплощать. Тем первым шагам, что нужно предпринять. Тому фундаменту, что придется заложить для наделения Русской идеи техносмыслом.

Андрей Емельянов-Хальген , Максим Калашников

Публицистика
Опровержение
Опровержение

Почему сочинения Владимира Мединского издаются огромными тиражами и рекламируются с невиданным размахом? За что его прозвали «соловьем путинского агитпропа», «кремлевским Геббельсом» и «Виктором Суворовым наоборот»? Объясняется ли успех его трилогии «Мифы о России» и бестселлера «Война. Мифы СССР» талантом автора — или административным ресурсом «партии власти»?Справедливы ли обвинения в незнании истории и передергивании фактов, беззастенчивых манипуляциях, «шулерстве» и «промывании мозгов»? Оспаривая методы Мединского, эта книга не просто ловит автора на многочисленных ошибках и подтасовках, но на примере его сочинений показывает, во что вырождаются благие намерения, как история подменяется пропагандой, а патриотизм — «расшибанием лба» из общеизвестной пословицы.

Андрей Михайлович Буровский , Вадим Викторович Долгов , Коллектив авторов , Юрий Аркадьевич Нерсесов , Сергей Кремлёв , Юрий Нерсесов , Андрей Раев

Публицистика / Документальное
Вечный слушатель
Вечный слушатель

Евгений Витковский — выдающийся переводчик, писатель, поэт, литературовед. Ученик А. Штейнберга и С. Петрова, Витковский переводил на русский язык Смарта и Мильтона, Саути и Китса, Уайльда и Киплинга, Камоэнса и Пессоа, Рильке и Крамера, Вондела и Хёйгенса, Рембо и Валери, Маклина и Макинтайра. Им были подготовлены и изданы беспрецедентные антологии «Семь веков французской поэзии» и «Семь веков английской поэзии». Созданный Е. Витковский сайт «Век перевода» стал уникальной энциклопедией русского поэтического перевода и насчитывает уже более 1000 имен.Настоящее издание включает в себя основные переводы Е. Витковского более чем за 40 лет работы, и достаточно полно представляет его творческий спектр.

Албрехт Роденбах , Гонсалвес Креспо , Ян Янсон Стартер , Редьярд Джозеф Киплинг , Евгений Витковский

Публицистика / Классическая поэзия / Документальное