Читаем Генетический взрыв полностью

Но в таких условиях…

— Пришлось ползти чуть ли не по склону, под деревьями, — поняв мои сомнения, пояснил Игорь. — Протопали до озера с пляжем, затем берегом прошлись вдоль трассы. Нет там ничего, не просматривается. Ни заправочной станции инопланетного вида, ни гигантской батарейки гугонского происхождения.

— Источники могли наврать?

— Сразу три? Исключаю, заправка где-то там. Я хотел по серпантину подняться в гору, к станции подъемника «Горная карусель» и Горки Городу на отметке 960.

— Нереально?

Он покачал забинтованной рукой левой.

— Хрен там проскочишь. Не пешком же подниматься в гору по Медвежьим полянам! Сожрут косолапые к чёртовой матери, места теперь дикие, всё на круги своя вернулось… Короче, к нижнему Горки Городу мы прокрались удачно, НЛО чуть позже начали болтаться. И всего одна тарелка прошла над «Мариоттом», мы спрятались поблизости. Знаешь, где они присаживались? На площади за зданием железнодорожной станции «Красная Поляна». Когда мы проползали мимо по другому берегу, там сидело девять тарелок. Вот что они там делали?

Я представил огромное стеклянное сооружение тамошнего вокзала, несколько секунд подумал, но ответа не нашёл.

— Если бы вокзал был запитан, тогда можно было бы предположить…

— Ну, да! Там ещё и «Альпика-Сервис» напротив, этот комплекс вместе с подъёмником тоже электроэнергию жрал, эге-гей.

— Но ведь Краснополянская ГЭС не работает! — напомнил я.

— Отож…

— Или работает? — спросил я тихо.

— Сам это подозревал, Гош, — понятливо кивнул Игорь. — Проверили ещё раз. Нет, всё вырублено, сооружение законсервировано по ремонту. Несостоявшемуся… Рядом до сих человек живёт, агент мой, бывший работник ГЭС.

— Вот как? — удивился я.

— О нём пока никому не говори. Скоро прослушки стану бояться… Кстати, по Инструкторам, всплывало что-нибудь новое?

— Понял тебя. Было немного. Существенное, но не новое. Пока что Негадов факты собирает, продолжает опрашивать народ, целый том написал.

Инструкторами теперь называем Серых.

Новый термин ввёл Юлий Павлович, который после долгого анализа предположил, что мы имеем дело не просто с противником нового типа, а с особой породой инопланетян, может, даже не с гугонцами, с какими-то другими тварями, прибывшими на подмогу не очень-то удачливым чёрным. Главная печаль состоит в том, что Инструкторы способны пользоваться некоторыми земными предметами и, предположительно, способны понимать нашу речь. Уже никто не удивится, если станет известно, что они и документы читать могут. Это очень плохие новости. Если в этой истории и может что-то радовать, то только тот факт, что Инструкторов мало. Пока в распоряжении исследователя нет главного материала — тела. Ни живого, ни мертвого Инструктора никто ногой не пинал, так что подробности его анатомии неизвестны. Однако кое-что выяснилось, ага…

Те самые волосы или водоросли, которые разные люди находили в местах, посещаемых серыми, есть не что иное, как их своеобразные выделения, чуть ли не испражнения! Выходит, что я в кульке принёс нашим медикам дерьмо особо опасного пришельца.

Обо всём этом было сообщено крымчанам, — у нас материала по серым гораздо больше, севастопльцев они пока что не прессуют, появляясь крайне редко.

— В общем, в болтовне мы ничего не узнаем, — раздражённо подвёл черту Залётин. — Нужно начинать операцию, и зачищать Эсто-Садок от тарелок. Пока их не разгоним или не завалим большую часть местной эскадры, толковой разведки на земле не провести, бесполезняк. Заправка, не заправка… Не найдём её, значит, техники вражьей накосим, тоже ништяк. Знаешь что? Я с тобой пойду на совещание, помоги одеться! Скоро начало?

— Время есть, ещё девять минут, — растерянно пробормотал я, глянув на часы. — А как же больничка. Асмик?

— С ней договорюсь за пять секунд, босс я или нет? Да и просто обаятельный человек, — решительно заявил Гарик. — А на перевязку вечером, как положено, с коробкой конфет. Сейчас к ней загляну и быстренько…

Тут дверь в импровизированную палату открылась настежь, и в комнату быстро вошла нахмуренная фельдшер. Словно что-то почувствовала. Однако принесённые ей вести никак не касались состояния двух безнадёжно больных.

— Игорь Владимирович, из диспетчерской только что сообщили, что пограничники на береговом посту засекли какое-то небольшое судно, идущее с севера.

— Ого! Интересные дела! — заволновался Гарик, неуклюже пытаясь надеть джинсы. — Что вы смотрите на меня, как на статую, Гош, помоги! Асмик, тащи рацию! Сразу скажи им, чтобы поставили на трансляцию, моя до поста не добьёт! А ты почему без рации ходишь? Грёбаные рептилоиды, какого чёрта её вообще уволокли?!

Все беженцы, желающие присоединиться к общине, давно уже прибывают только по дорогам, хотя было время, когда почти каждый день в Адлере принимали очередную лодку с измотанными людьми. Где-то с минуту мы просто слушали радиообмен погранцов с диспетчерской, большего Игорь не выдержал. Тут и рация появилась.

Пш-ш…

— Залётин в канале, прошу общего внимания. Пост? С кем я говорю?

— Приветствую, Игорь Викторович! Здесь старший мичман Агеев! — чеканно ответил старый служака.