Читаем Генерал Власов полностью

Его лекции всегда отличались высоким преподавательским мастерством, ему удавалось убеждать слушателей своим искренним патриотизмом и открытостью, а также и демонстрируемой порой острой и ироничной критикой немецкой «восточной политики». Вместе с тем его беспощадные нападки на коммунизм вызывали душевное смятение у некоторых из учащихся. Прежде у них была идеология, на которую они возлагали свои надежды, в которую верили, ради которой трудились, пускай даже Сталин извратил ее. Теперь же на месте твердого фундамента образовался вакуум. Только на самом последнем этапе курса обучения они смогли понять, что же предлагается им взамен. Зайцев сумел завоевать доверие всех их почти без исключения, и они стали убежденными сторонниками освободительного движения. Отмечалось даже несколько случаев самораскрытий советских агентов, которые переходили к Власову.

Заявленная цель — свободная, демократическая, хотя и не безусловно капиталистическая Россия. Искреннюю дружбу с немецким народом не следует смешивать с национал-социализмом, все это выглядит вполне логичным, особенно учитывая те длительные и прочные связи, которые возникли и развивались между русской и немецкой культурой особенно на протяжении девятнадцатого столетия, принимая во внимание и то, что те немцы, с которыми русские связывали себя союзническими узами, являлись противниками «восточной политики» и друзьями русского народа.

Когда немцы водрузили свое боевое знамя на высочайшей из вершин Кавказа, на-Эльбрусе, Зайцев отметил, что данный факт имеет в большей степени значение для альпинизма, а не для военной стратегии. В лекции, посвященной будущему русского государства, он заявлял:

Дважды Гестапо пыталось упрятать Зайцева за решетку, и пришлось немало потрудиться, чтобы не допустить этого. В первом случае его обвинили в осуждении уничтожения евреев, восхвалении марксизма и распространении убеждения в том, что немцы не смогут выиграть войны без русских патриотов. Зайцев мастерски защищался в ходе допросов: ничего подобного, он просто сказал, что ликвидация евреев может негативным образом сказаться на настроениях православных христиан, что и соответствует истине. Ему приходилось обсуждать причины успеха марксизма в России, потому что он не смог бы убедить слушателей в его пагубности, если бы стал отрицать то хорошее, что есть в этой идеологии.

На сей раз Гестапо ограничилось предупреждением, объяснив, что немцам для победы русские не нужны, и разрешило ему продолжать занятия.

Еврейский вопрос не представлял проблемы для большинства русских, которые привыкли жить в многонациональном государстве. Те же, кто высказывал симпатии антисемитизму, обычно оправдывали подобные склонности ссылками на высокий процент евреев среди коммунистического руководства.

Вторично арест Гестапо угрожал Зайцеву из-за его антинемецких заявлений и членства в НТС. На сей раз удалось предотвратить худшее благодаря очень грамотному рапорту барона фон дер Роппа, переданному Гельмутом фон Клейстом, офицером разведки.[109] Для людей подобных Зайцеву пропаганда их идей в Третьем рейхе без серьезных последствий становилась возможной лишь благодаря немецким офицерам связи — таким, как фон дер Ропп, который возглавлял программу обучения; его заместителям, Рагожину и Керковиусу; коменданту лагеря капитану Петерсону; заместителю Штрикфельдта барону фон Деллингсгаузену; а также начальнику разведки барону фон Клейсту. Все они постоянно и главным образом заботились о том, как уберечь русских от Службы безопасности СС и Гестапо, а не о том, что являлось их официальной задачей, — о выявлении пагубной активности коммунистических агентов. Как-то раз, когда фон дер Ропп неожиданно появился во время критического обсуждения русскими действий немцев, один из участников воскликнул:

— Осторожно! Немецкий офицер!

Фон дер Ропп закрыл погоны руками и произнес:

— Теперь все — нет никакого немецкого офицера! Можете говорить свободно.