Читаем Генерал Доватор полностью

Бросив внимательный взгляд на карту, Панфилов одобрительно кивнул головой.

— Клинышек-то надо, Иосиф Александрович, отрубить, — проговорил он после минутного молчания.

— Да, — подтвердил Атланов. — Но мне одному трудно. Всю ночь думал об этом. Сил маловато.

— Поможем. Затем и приехали! — Панфилов, отодвинув рукав полушубка, посмотрел на часы. Уверенно, тряхнув головой, он продолжал разговор: Скоро подойдет батальон моих «песенников». Мы с Доватором все уже согласовали.

В коротких словах Панфилов с удивительной простотой и ясностью изложил план предстоящей операции.

Атланов, понимавший все с полуслова, относился к этому на редкость мужественному человеку с чувством глубокого уважения.

— Отлично! Правильно! — говорил он, бегло набрасывая карандашом схему.

Доватор, присев на лавку рядом с Бойковым, поглаживая колени, слушал его объяснения. Шубин, закинув ногу на ногу, сидел по другую сторону Бойкова.

— Войну сколько ни изучай, а в бою всегда находятся непредвиденные обстоятельства, — взволнованно оправдывался Бойков.

— Надо предвидеть и предугадывать всякие обстоятельства, — возразил ему Доватор.

— Это верно, — согласился Бойков. — Я не оправдываюсь, товарищ генерал. И несу полную ответственность за свои действия.

— Безответственных командиров у нас нет, — спокойно заметил Шубин.

— Не в этом дело, — поднявшись со скамьи, продолжал Доватор. — Ты понял, в чем заключается твоя ошибка?

— Да, понял. Только, к сожалению, поздно. Когда накануне немцы в течение дня непрерывно атаковали полк Осипова, мне надо было сделать короткий встречный удар. Или хотя бы организовать ночную вылазку. Я бы тогда разбил их планы.

— Вздор, — убежденно заключил Доватор. — Опять ошибки, промахи, а потом снова станешь ссылаться на обстоятельства…

И, помолчав, задумчиво добавил:

— Когда же, наконец, мы перестанем совершать ошибочки и расплачиваться за них кровью?

В комнату с тарелками и стаканами на подносе вошел ординарец Атланова Охрим. Заметив сердитый взгляд Доватора, он нерешительно остановился.

— Подождите. Это потом, — Лев Михайлович махнул рукой и приказал все унести обратно. Проводив глазами удаляющегося ординарца, он подошел к стоявшим у стола генералам, пододвинул себе стул, кивнул Шубину и Бойкову, приглашая их тоже занять места. Когда все присутствующие сели вокруг стола, он шутливо сказал:

— С вашего позволения, генерал-майор Атланов, я плута Охримку выпроводил. Он, вероятно, приготовил целую батарею бутылок и намерен всяким зельем помутить нам мозги. А мне хочется дело сделать и каши поесть.

— Я тоже так разумею, — согласился Панфилов. — Потерпим.

— Добро. Скоро придет батальон панфиловских орлов, — продолжал Лев Михайлович. — Надо их поплотней накормить и дать по чарке. За это время приготовим боевой приказ, а потом можно и самим немного подкрепиться. А теперь, Иосиф Александрович, поделитесь с нами вашими планами и предложениями.

Доватор, навалившись грудью на стол, впился глазами в карту.

Атланов в ожидании начштаба часто бросал взгляды на дверь. Но Доватор нетерпеливо приказал начинать.

Доклад командира дивизии был прерван приходом подполковника Жаворонкова и комиссара Абашкина.

Лев Михайлович давно заметил отсутствие начальника штаба дивизии, но промолчал.

Приветливо поздоровавшись с Абашкиным, Лев Михайлович усадил его рядом с собой. На Жаворонкова он только взглянул, но ничего не сказал. Это было хуже всякого выговора.

Коротко изложив план предстоящей операции, Атланов просил разрешения немедленно ее осуществить. Обосновывая все детали атаки вескими доводами, Атланов предлагал нанести противнику три одновременных удара. С юго-востока — остатками полка Осипова с приданным батальоном панфиловцев; с востока, в лоб, в направлении Морозово, полком Бойкова; с северо-востока наступление должен поддерживать левофланговый полк дивизии Панфилова. Все детали предстоящего боя были основательно продуманы и взвешены. Однако все чувствовали, что операция предстоит тяжелая.

На участок Петропавловское — Морозово противник подтянул до семидесяти танков и мог в любой момент бросить их в бой. Подкрепить наступление танками штаб армии отказался, но в то же время категорически требовал немедленно любыми средствами ликвидировать прорыв и восстановить прежнее положение. Спешенной кавалерии совместно с батальонами панфиловцев предстояло атаковать бронетанковые части противника. Единственно, что обещал штаб армии, — это подбросить артиллерии, но тоже в очень ограниченном количестве. Когда Доватор, разговаривавший со штабом армии по телефону, сообщил участникам совещания цифру пушек, все переглянулись. Это была до смешного маленькая цифра. Ее даже неудобно было называть, а принимать в расчет и подавно.

— Что-то уж очень мало, Лев Михайлович, — с недоумением сказал Панфилов. — Может, ты ослышался?

— Какое там! Раза три переспросил… Хотел выругаться, да сдержался. Начальник штаба армии со мной разговаривал и сообщил, что этими пушками распоряжается сам командарм и дал их нам только потому, что считает операцию весьма важной…