– Тогда рано или поздно нам придется расстаться. Мы постараемся аккуратно стереть вам память о днях, проведенных в этих стенах, и отпустим. Не стану лукавить, такие эксперименты не всегда заканчиваются благополучно. Память сложная штука, иногда стирается целиком.

С этими словами Профессор встал, обозначая конец разговора. Пит ушел с Профессором, а Михея окликнул все тот же военный. Он отвел его обратно в камеру и попросил включить телевизор. Михей за мрачными думками и не заметил, что на стене висит панель. Военный объяснил, что сегодня задача Михея состоит в просмотре трех фильмов длиной в три часа каждый. Между фильмами ему разрешалось сделать перерыв, поесть, поспать или подумать – на его выбор.

* * *

Когда Михей ушел, Профессор выждал минутку и задал Питу вопрос о лаборанте.

– Боюсь, он уже не в том возрасте, чтобы легко воспринять новые идеи, – сказал Профессор, поглядывая на реакцию Пита.

– Боюсь, если вы от него избавитесь, я не соглашусь вам помогать, – в тон Профессору ответил Пит.

«Значит, придется возиться с этим лаборантом», – раздраженно подумал Профессор. Он терпеть не мог лишних людей в Доме, а Михей был абсолютно лишним. Инъекцию вакцины он не переживет по возрасту. Он никогда не примет их идею, он будет мешать, он будет пытаться бежать. Что ж, вот тут его и снимут – при попытке к бегству. Но не сейчас. Пусть Пит войдет в дело, пусть ему понравится. Тогда он отпустит ненужного Михея гораздо легче.

Глава 12

В середине дня Адам вместе с группой Монаха вернулся в Петровский лагерь. Неудачная ходка: не только Пита и Михея не нашли, но и доктора потеряли.

Лагерь изменился. Большой, всегда оживленный двор опустел, выглядел безжизненным. Навстречу выбежала Ирина, обвела взглядом группу. Глаза у нее были красными от слез.

– Где Док? – спросила она.

– Умер, – кратко ответил настоятель. – Что у вас?

Ирина отвела взгляд, морщась, словно от удара.

– Стэн умер, – сказала она, сделав несколько глубоких вдохов, чтобы не заплакать снова. – Кореец и Василий тоже. Еще двое заболели, они в медчасти. Я за ними ухаживаю, но… болезнь прогрессирует слишком быстро. Все боятся, многие ушли.

– Сталкеры разбежались, – сказал Илья, подошедший следом. – Многие из наших тоже решили не рисковать. Осталось тринадцать бойцов и двое больных в медчасти. Что за чертовщина такая?

Монах поморщился.

– Не призывай лишний раз нечистого. И отойди или маску надень. Мы тоже можем быть заражены.

– Еще и электричества нет, – продолжил Илья. – Пытаемся починить, но электрик наш ушел…

Ирина рассказала, что тела всех троих умерших были покрыты черными язвами. Как и у Дока… Она сожгла тела, поэтому в лагере пахло дымом с палеными листьями «страха» и другими артефактами, которыми можно обкурить помещения. Девушка упорно избегала взгляда Адама, он не понимал почему.

Группа двинулась по направлению к медчасти.

– Как ты? – спросил он, пытаясь взять Ирину за руку. Она отпрянула, но споткнулась и упала на дорожку. Адам бросился на помощь. Она быстро сунула ему в руку клочок бумаги.

– Нужно бежать, – шепнула она.

Затем Ирина поднялась и демонстративно грубо оттолкнула его.

– Отстань от девушки, – бросил Адаму боец сзади.

Монах, подумав, распорядился отвести Адама обратно в изолятор. Без электричества там царила кромешная тьма. Охранник, увидев это, кинул парню небольшой фонарик. Оставшись один, Адам развернул записку Ирины и прочитал: «Под лавкой пистолет и «желчь», чтобы прожечь замок. Ночью вызови мутантов, отвлеки охрану. Мы должны бежать».

* * *

Монах распорядился разместить его, Ирину, двух бойцов и Кабана на карантин в большой комнате над медчастью, где раньше жил Док и где находилась его научная лаборатория. В медчасти оставались два заболевших сталкера, которые заразились ночью: один из них дежурил, помогая Доку, второй ночевал в комнате с погибшими сталкерами. Бедняги были насмерть перепуганы, пили столько воды с «желчью», сколько в них влезало, и обложились всеми имеющимися артефактами, способствующими укреплению здоровья.

Монах очень торопился. Похоже, это и есть тот самый конец, который он предчувствовал. Он уже ощущал ворочающуюся в нем болезнь, хоть она еще и не проявила себя болью. Нужно успеть назначить преемника, все обдумать и дать последние указания.

Он выступил перед оставшимися бойцами с балкона комнаты Дока. Прежде всего он почтил память умерших, вспомнив о каждом те самые главные черты и поступки, которые делали их достойными людьми. Затем обрисовал опасность, но попросил всех, кто понимает важность их миссии, остаться и охранять накопленные ценности до передачи на Большую землю. На случай своей смерти он назначил исполняющим обязанности настоятеля Илью, а его главным помощником и заместителем – Пита.

Илья – следующий в лагере по возрасту и рангу после Монаха, ответственный и исполнительный, в критических ситуациях был решительным и бесстрашным командиром. Настоятель поручил ему прежде всего найти нового врача.