Читаем Где будет труп полностью

— Согласен, — отозвался Уимзи. — Так или иначе, дальше мистер Мокэмб приезжает в Лимхерст и проводит несколько дней у Уэлдона. До конца всей аферы Мокэмб не позволяет себе таких глупостей, как записи, за исключением этой шифрованной дряни — думаю, что в тот раз они разработали план более или менее целиком. Уэлдон сообщает Мокэмбу романтическую историю о царственном происхождении Алексиса, и она подсказывает им способ заманить жертву на Утюг. Сразу после этого начинают приходить загадочные письма. Интересно, кстати, как они объяснили, почему первое письмо написано не по-русски. Ведь, разумеется, оно должно было прийти не в шифрованном виде, а как есть.

— У меня есть версия, — подхватила Гарриет. — Помните, вы сказали, что в каком-то английском романе объяснен шифр Плейфера?

— Да, у Джона Рода[234]. А что?

— Возможно, в первом письме были только указаны заглавие книги и нужные главы, а еще кодовое слово для следующего послания. Раз книга английская, было логично написать по-английски и все письмо.

— Хитроумное создание, — сказал Уимзи. — Я про вас. Но объяснение вполне вероятное. Нет нужды снова углубляться в эту историю. Очевидно, миссис Мокэмб предоставила сведения о топографии и фауне Уилверкомба и Дарли. Уэлдону дали роль всадника-головореза, потому что для нее требуется только грубая сила. А Мокэмб суетился: отправлял письма, добывал фотографии и доводил Алексиса до нужного градуса воодушевления. Когда все готово, Мокэмб выходит на сцену в роли бродячего парикмахера.

— Но зачем все эти сложные приготовления? — спросила Гарриет. — Почему они не купили простую бритву или нож обычным путем? Такую покупку уж точно было бы труднее отследить.

— На первый взгляд — да. Я даже думаю, что вы правы. Но просто удивительно, какие вещи иногда удается отследить. Взять, например, Патрика Мэона и его мясной тесак[235]. А убийство Алексиса было задумано так, чтобы дело было невозможно раскрыть. Окружено двойной, нет, тройной линией обороны. Во-первых, оно должно было выглядеть самоубийством, во-вторых, если это вызовет сомнение и если отследят бритву, наготове была убедительная история ее происхождения. В-третьих, имелось объяснение и на тот случай, если маскарад Мокэмба будет раскрыт.

— Понимаю. Давайте дальше. Мокэмбу не откажешь в своего рода храбрости. Во всяком случае, дело он провернул безупречно.

— Умный человек. Признаю: меня он обманул на сто процентов. Теперь про Уэлдона. У него была наготове личина Хэвиленда Мартина. Действуя согласно инструкциям, он нанял «моргай», запихнул в него палатку и личные вещи и отправился в Дарли, обосновавшись возле фермерского поля. В тот же день Мокэмб прибыл в Уилверкомб. Не знаю, когда и где встретились эти двое. У меня такое впечатление, что план был расписан заранее во всех возможных деталях, и, как только он начал воплощаться в жизнь, они прекратили всякое общение.

— Весьма вероятно, — согласился Ампелти. — Это объяснило бы нестыковки во времени.

— Возможно. Итак, в четверг Алексис согласно инструкциям отправляется на Утюг. Кстати, тело обязательно должны были обнаружить и опознать, поэтому, полагаю, Алексису велели идти открыто по дороге вдоль берега. Если бы тело пропало, нашлись бы свидетели, которые видели его идущим в том направлении, что подсказало бы, где искать. Нельзя было допустить, чтобы он просто исчез — как меж пальцев песок, незаметно прошел[236]. Итак, Алексис отправляется добывать себе корону.

Тем временем Генри Уэлдон втыкает иголку в проводку своего «моргана», создав прекрасный повод, чтобы ловить машину на дороге в Уилверкомб. И теперь-то понятно, зачем ему «моргай». Вывести из строя все зажигание одной иголкой можно только у двухцилиндровой машины — «моргана», «белсайз-брэдшоу»[237] или мотоцикла. Мотоцикл он не стал брать, вероятно, потому, что он не защищает от непогоды, и выбрал «моргай» — довольно удобную и распространенную двухцилиндровую машину.

Инспектор Ампелти хлопнул себя по ляжке, а потом, вспомнив, что все это никак не приближает к разгадке главной трудности в деле, скорбно высморкался.

— В начале одиннадцатого миссис Мокэмб проезжает мимо в «бентли» с бросающимся в глаза номером. Этот номер — чистое везение. Вряд ли они его специально выбрали или заполучили, но он оказался крайне полезен, потому что помогал опознать машину. Что может быть естественнее, чем запомнить такой уморительный номер? Ой-ой-ой! Обхохочешься, верно, инспектор?

— А где тогда она его высадила? — хмуро спросил Ампелти.

— В любом месте, которое не просматривалось из деревни и где не было прохожих. Где-то, откуда он мог вернуться на берег, срезав дорогу полем. Meжду Дарли и Уилверкомбом дорога довольно круто сворачивает от берега, что, несомненно, объясняет, почему ему оставили так много времени на обратный путь. Так или иначе, скажем, к 11.15 он возвращается в Дарли и косится через забор на гнедую кобылку фермера Ньюкомба. Вытаскивает жердь из ограды и идет по полю с овсом в одной руке и веревочной уздечкой в другой.