Читаем Газзаев полностью

Пояснение это тогда прошло незамеченным — сочли, наверное, за оправдание. Тем более что подобной критике тренер уже подвергался за матч сборных России и Грузии, в котором наша команда также вышла на поле без номинальных нападающих и, к несчастью, как известно, проиграла. Однако никому и в голову не пришло, что газзаевское разделение команды на группу атаки и группу обороны — это не что иное, как его принципиальный взгляд на современный футбол, к которому он шел долгие годы, в этом, если хотите, заключалась мировоззренческая позиция тренера. Полностью воплотить ее на поле Газзаеву удалось значительно позднее, когда перед нами предстал ЦСКА образца 2005 года. Достаточно вспомнить эффективную игру армейцев во второй половине этого памятного сезона, когда они остались без ведущих нападающих. Однако следует обратить внимание на то, что суть тренерского подхода к созданию принципиальной модели команды была той же, когда мы видели на поле и Вагнера Лава, и Ивицу Олича.

Выпала из поля зрения спортивной прессы и еще одна особенность в игре ЦСКА: очень часто команда Газзаева, не сумев овладеть преимуществом в первой половине встречи, преображалась во втором тайме. Вернее, эту характерную черту подмечали, но связывали ее или с «накачками» тренера в перерыве, или с примитивным усилением силового давления на соперника. Действительно, эти средства всегда находились в арсенале Валерия Георгиевича. Но мы также знаем, что только на эмоциях и стремлении «дожать» соперника в современном футболе далеко не уедешь, тем более сильные клубы напором не возьмешь.

Для того чтобы переломить ход игры, одних «накачек» недостаточно — Газзаев всегда умел применять гибкие тактические установки, корректировать их и в перерыве, и по ходу матча, что часто оставалось незамеченным для зрителей и соперников. Кстати, мало кто обратил на это внимание и во время финальной встречи за Кубок УЕФА. Но не скрылось это от опытного взгляда Юрия Павловича Семина, который присутствовал на матче в Лиссабоне. Подметил наш знаменитый специалист, что во втором тайме армейцы поменяли акценты в атакующих действиях, в схеме игры, в то время как португальцы до конца следовали общей установке на матч своего тренера Жозе Перейру. Так что напрасно тот заявил с расстройства, что результат этой игры несправедлив: ведь он даже не заметил, как во втором тайме Газзаев его попросту переиграл — тактически…

Сам Валерий Георгиевич не был склонен идеализировать игру своей команды в сезоне 2003 года: «Пока она не отвечает тем требованиям, которые я как главный тренер к ней предъявляю. Да так, видимо, и должно быть. Создание суперклуба — а именно такую цель мы с президентом ЦСКА Евгением Гинером преследуем — процесс, требующий определенного времени. Идет подбор исполнителей, постановка игры. Фактически мы должны одновременно решить две задачи: создать команду европейского уровня и выиграть чемпионат». Заметим, что сказано это было в разгар сезона, когда мало кто сомневался, что армейцы позволят кому-нибудь обойти себя в походе за чемпионским золотом.

Не сомневался в этом и Газзаев, хотя незадолго до этого, особенно после поражений сборной от Албании и Грузии, часто задумывался над тем, удастся ли ему сохранить в армейской команде настрой и уверенность в том, что тренер ведет ее по правильному пути. Ведь что греха таить, и у самого тогда состояние было не лучшее. В том числе и физическое.

Весной было особенно тяжело: появились проблемы со здоровьем — требовалась срочная операция. Волновался, как теперь справится с работой на два фронта — в клубе и сборной. Встречался по этому поводу с Колосковым, тот обещал помочь, заверил: совместными усилиями трудности одолеем. Но до совместных действий дело так и не дошло. Президент РФС оказался по другую сторону сооруженных прессой баррикад. Показательна позиция Вячеслава Ивановича, которую он выразил в майском интервью Елене Вайцеховской: «Могу со всей ответственностью заявить, что те достижения тренерской школы, которые были в советском футболе, на сегодня полностью утеряны».

Уже само название публикации — «Чуда не будет» — заключало в себе многозначительный смысл. Появилась она в разгар отборочного турнира чемпионата мира, накануне встречи российской сборной с командой Швейцарии. И не трудно было уловить, что столь безжалостный диагноз состояния российского тренерского корпуса относился в первую очередь к тому, кто возглавлял сборную и клубную команду, уверенно лидирующую в чемпионате страны. Можно представить, каким образом это влияло на психологическое состояние футболистов, выступавших под руководством Газзаева. Зато такая позиция президента РФС служила аргументированным оправданием собственной несостоятельности, защищала до поры до времени от критики далеко отставшую от требований времени деятельность Российского футбольного союза…