Читаем Газлайтер. Том 3 полностью

— В ножевом бою шансы есть у всех. Даже у хрупкой женщины, инвалида или пожилых лиц. Главное качество хорошего «ножевщика» — устойчивая психика. Наш с вами граф этим не обделен.

Исабель чуть успокаивается, а Антон беззвучно произносит «спасибо».

Между тем, люди, почувствовав намечающееся шоу, уже бурным потоком потекли наружу. Мы тоже спускаемся в сад. Небольшую поляну огородили лентой, создав арену боя. Внутри уже разминается Риккардо без пиджака. Он из разных позиций машет дорогой навахой. Движения плавные, но чертовски быстрые. Противник явно опытный. Впрочем, другого мы и не ждали.

В центре арены стоит еще один испанец. Наверное, тот самый Николо, хозяин вечеринки.

— Ну, с богом, — Антон снимает пиджак и отдает своей ненаглядной.

— Подвижность и упреждение, — даю последнее напутствие.

— Понял, сенсей, — серьезно кивает граф и идет на арену.

Изабель прижимает руки к груди и смотрит с тревогой на арену. Я оглядываю ее голые бронзовые плечики. Вечер, несмотря на испанский климат, прохладный.

— Позвольте, — я забираю пиджак из ее рук и накидываю ей на плечи. За что удостаиваюсь благодарного и даже довольного взгляда.

Спарринг начинается через три минуты. Судья быстро произносит правила, которые мне переводит крошка Исабель: бой длится до трех попаданий, либо до невозможности продолжать бой, либо до сдачи одного участника. Затем поединщики сходятся на длину трех шагов. Антон сразу пытается настигнуть противника. Но Риккардо не так прост. Оба дворянина с рождения питались мясом зверей, они быстры, сильны, а испанец еще и опытен. Противники не стоят на месте, кружатся вокруг друг друга. Один приближается — другой отдаляется.

Но я замечаю, что Риккардо слишком высокомерен и беспечен. Испанец явно не считает русского графа достойным противником и держится слишком близко к нему, отдалив нож от туловища.

Только бы Антон это заметил. Но похоже в горячке боя он не успевает понять. Ладно, к черту.

— Двойка! — кричу я.

Антон тут же проводит атаку «раз-два». Короткий oтвлекающий удар пустой рукой — и сразу удар «бритвой» с разворотом корпуса. Риккардо не успевает отскочить, слишком близко стоит и получает тычок в брюхо.

Застонав, испанец роняет наваху и падает на колени. Брызгает кровь. Толпа ахает. Это финиш.

— Брейк! — Николо отталкивает Антона.

Судья спокойно вынимает «бритву» из живота Риккардо. Я хмурюсь. Это большая ошибка, если только он не… Красная струя фонтанирует еще сильнее, но поднятые над раной руки Николо начинают светиться, и поток останавливается. Ага, Целитель. Тогда всё правильно.

Возвращаясь, Антон лихо перепрыгивает ленту, и Исабель с визгом вешается ему на шею. Хеппи энд. Можно закрывать занавес.

И тут раздается гневный крик. Разъяренный секундант Риккардо подбегает к нам и что-то орет.

— Чего ему надо? — подавив зевок, спрашиваю Антона.

Но граф совсем не весел.

— Он зол из-за твоего крика. Считает, что я победил нечестно, только благодаря подсказке.

— А подсказки против правил? — уточняю. Что-то я ничего такого не помню в дуэльном кодексе. По этикету орать не положено, это да. Но он тут причем?

— Нет, это чушь, — решительно вставляет Исабель.

— А чего он хочет-то? — не понимаю и предполагаю с иронией: — Чтобы вы еще раз с Риккардо схлестнулись?

— Нет, — мрачнеет Антон. — Альфонсо требует поединка с тобой, но я ему объясняю, что ты не дворянин. А он хочет это устроить под предлогом спарринга.

Альфонсо, значит. Примечательное имечко. Случайно рядом нигде нет богатой старушки, что покупает ему одежду?

— Ну так давай, — пожимаю плечами. — Я не против.

— Серьезно? — смотрит на меня Антон. — Ты не обязан.

— Ну а чего мне бояться? — не понимаю. — Целитель здесь есть, судья тоже. Да и вы сами не дадите же мне истечь кровью?

— Конечно, нет, — вздыхает Антон. — Но сам понимаешь, если бы Альфонсо сражался со мной, он бы не посмел нанести смертельный удар, с тобой же всё по-другому.

— Да, у меня нет сильного рода за плечами, — соглашаюсь. — Но смертельный удар я не получу, не бойся.

В конце концов, у меня не простая «бритва», наваха выкована из аномального сплава. И лучше мне продемонстрировать свою силу и опасность сейчас, на детской потасовке, иначе тот же Альфонсо может послать потом за мной головорезов, по примеру Димы Паскевича. А так он сразу увидит, что я телепат, освоивший пси-клинок, и поостережется связываться.

— Хорошо, — нехотя сдается Антон и бросает что-то Альфонсо.

Тот довольный уходит на арену, ну и я следом. Антон подходит к нахмурившемуся Николо и что-то объясняет. Хозяин вечеринки ругается грозно, жестикулирует, машет руками, но в конце концов соглашается на еще один бой. Наверно, он сказал вроде: «Это последнее мочилово на сегодня. У меня здесь вечеринка, а не бойцовский турнир». По крайней мере, я бы на его месте именно так бы сказал.

Николо декларирует правила. Я ничего не понимаю, но вряд ли правила отличаются от первой версии. Достаю из ножен наваху и образую поверх острия пси-ножичек. Лиловый цвет тут же производит фурор. Громкие восклицанья толпы раздаются вокруг арены. Альфонсо встревоженно сужает глаза.