Читаем Газлайтер. Том 2 полностью

Через минуту мы уже лежим на заботливо расправленной Леной постели. Кровать узковата, но у меня хватает опыта постельных утех и на общажных койках, и на земляном полу в полуосыпавшемся блиндаже, и в разорванных спальных мешках на морозе. В сравнение с последним эта кроватка вообще царское ложе.

Так что у Лены нет выбора. Тепло, защищенность и кайф со мной ей обеспечены.

* * *

— Куда делась Лена? — встревоженно спрашивает Света. Она минут пять как вышла из душа, и только-только натянула сменную футболку с шортиками. — Долго ее нет что-то…

— Она сказала не терять ее, — с тихой улыбкой произносит Камила, расчесывая волосы гребнем, и добавляет совсем уж странное. — Всю ночь.

— Что это значит⁈ — вскидывается блондинка.

— Свет, она будет с Даней.

— Как это с Даней?!!! Зачем им быть вместе ночью?!!! — кричит Соколова и тут же в ужасе закрывает рот ладошкой.

— За тем самым, — фыркает Камила, закатив большие чуть раскосые глаза.

— Но…но как же ее добрачная невинность? — Света шокирована.

— Светик, — брюнетка резко поворачивается к ней, лямка ночнушки случайно соскальзывает с бронзового плеча. — О чем ты? Какая невинность? Лена — не дворянка, ей никто в упрек и слова не скажет, — она задумчиво касается пальцем пухлых губ. — Я снова отлично понимаю выбор Дани.

Но Света уже не слушает, она вскакивает и уносится за дверь. В три секунды она оказывается в комнате мальчиков. Но тут только Гриша с Богданом, да две бутылки казахского коньяка на столе.

— Долго ты? — улыбается казах. — А где Камила?

— Даня уже ушел⁈ — оглядывается Света на дверь в ванную. — Или может…он в душе⁈

Гриша внимательно на нее смотрит.

— Ушел. На всю ночь ушел, — со спокойным выражением лица отвечает он, всё поняв. — Садись, выпей, расслабься, выкинь из головы суматошные мысли. Богдан, позови Камилу, — оглядывается он на Айсмена.

Света без сил падает на кровать рядом с казахом, елозит попой, не находя себе места, хватает протянутую стопку с каплей коньяка и одним махом выпивает. Пока барышня морщится и закусывает тигровой креветкой, приходит и Камила в коротком халатике. Становится повеселее. Ребята пьют и разговаривают. В какой-то момент Гриша приобнимает Свету, и она понимает, что пора ретироваться.

— Пойду я уже. Завтра рано вставать, — твердо говорит блондинка, выскользнув из-под Гришиной руки и поднявшись.

Гриша спокойно воспринимает ее резкие сборы. Только произносит:

— Ты знаешь, Свет, казахские мужчины — примерные семьянины и ответственные добытчики.

— Эм, и что это значит? — не понимает она.

— Только лишь одно. Если казах нацелился на добычу, он обязательно ее настигнет, — смотрит он ей прямо в осоловевшие глаза. А у самого Гриши глаза, наоборот, трезвые, как стеклышки, и немного пугающие. — У добычи нет шансов.

Света застывает, будто в нее уже послали охотничью стрелу. Потом она сбрасывает наваждение, хватает Камилу за локоть и утаскивает с собой из этого логова…охотников, мать их!

* * *

— Это полная задница! — гремит Радий Виссарионович Змеев, со всей силы ударив по стеклянному столу. Трещит стекло, матовая прозрачная поверхность покрывается белой паутиной. — Мало того, что мы лишились Пастуха и пятерых одаренных гвардейцев, так ЦСБ знает ради чего имитировался теракт. А еще мы ослабли! Сильно ослабли! Если теперь на нас нападут Ужовы или Вороновы, и тогда эти падальщики оттяпают у нас кусок владений. Егор, это твоя ответственность!

— Мне застрелиться, брат? — тяжело спрашивает замглавы по разработкам рода.

Радий холодно смотрит на него. Егор выглядит разбитым и подавленным. Кажется, он шел в кабинет главы с пониманием, что может отсюда уже сам не выйти.

— Подожди пока, — буркает Радий. — Застрелиться он вздумал. Конечно, сбежать проще всего. Но ты же не япошка. Нет уж, раз накосячил, теперь расхлебывай кашу, братец. Наступают тяжелые времена для Змеевых. Жду от тебя скорректированный прогноз по доходам от продажи наших ноу-хау.

— А «коровья смерть»…

— Забудь о «смерти», — вздыхает глава, вспомнив сколько средств ушло на разработку штамма. — Паукову уже не устранить, мы облажались. ЦСБ возьмет ее под программу защиты свидетелей. Шарапова, конечно, узнает об антидоте. Хорошо, что мы не засветили вирус перед царской комиссией. Надо утилизировать всю документацию, пока в Министерстве не узнали над чем именно ты работал.

— С чем же пойдем к царю?

— Ни с чем. Перед комиссией разведем пустыми руками, — на ошеломленный взгляд брата глава кивает. — Да-да. Нам обрежут финансирование, сделают выговор, может, даже отберут химзавод в наказание за растрату госсредств.

Егор ежится. Миллионы рублей улетели в трубу. Но самое ужасное — род потеряет репутацию и, возможно, окажется на грани разорения. И всё из-за кого? Из-за группки дворянских детей с мелким телепатом во главе.

— Того телепата возьмем на заметку, — Радий, оказывается, думал о том же. — Мстить мы не будем. Не за что мстить. Нас не было в конференц-зале. Погром и убийство устроили кавказские террористы. История забыта, и мараться в ней больше не станем.