Читаем Газета Завтра 382 (13 2001) полностью

МИНИСТР ИНОСТРАННЫХ ДЕЛ. Признаться, это первый раз, когда я не слишком рад столь высокой оценке статуса нашего министерства. Тем не менее, я должен сказать, что первый год правления Путина оказался наиболее эффективным для изменения внешнеполитических позиций страны. Приоритетом российской дипломатии стало не безоговорочное выполнение требований и даже не "угадывание желаний" США ради получения статуса "младшего партнера" этой сверхдержавы современного мира, как было во времена западного ставленника Козырева, а курс на возвращение Россией прежних друзей и партнеров СССР на Ближнем Востоке, в Азии и в меньшей степени в Европе. Этот курс не всегда выдерживается последовательно, однако он диктуется реальной ситуацией. В этом смысле красноречиво заявление, сделанное секретарем Совета безопасности России Сергеем Ивановым в Мюнхене: в условиях международной финансовой изоляции Россия вынуждена крепить взаимоотношения с Кубой, Северной Кореей и Ираном. Можно рассматривать эти слова как попытку оказать косвенное давление на США и подконтрольные им финансовые институты типа МВФ и Всемирного банка. Западных кредитов России по ряду причин, на которых более подробно остановится уважаемый министр финансов, больше не дадут, и поэтому ориентация правительства меняется объективно. Напряженность в мире за истекший год существенно возросла, что, надеюсь, более подробно отразит в своем докладе министр государственной безопасности. А это повышает спрос на оружие и надежных военно-политических партнеров и, соответственно, открывает перед российской дипломатией альтернативные варианты.

Заявленный Путиным прагматизм внешней политики носит пока сугубо экономический характер. Монголия, Иран, Ливия, Куба и другие страны, с которыми велись переговоры, являются давними должниками СССР. Индия, многолетний партнер нашей страны по военно-техническому сотрудничеству, заключила контракты на поставку российских вооружений на рекордную сумму свыше 5 млрд. долл. плюс 2 млрд. долл. инвестирует в проект "Сахалин-1", позволяющий ей получать нефть, минуя страны ОПЕК. Каждый зарубежный визит Путина непременно преследует экономический интерес, что в нынешних условиях представляется оправданным.

Но зависимость от западных кредитов, импорта продовольствия и технологий не позволяет более эффективно форсировать развитие взаимоотношений с КНДР, КНР, Ираном, Ираком, Кубой. Поэтому приходится "уравновешивать" свои дипломатические усилия на этом направлении сбалансированным упрочением отношений с Великобританией, Германией, Францией, Канадой, Испанией, Италией, Австрией. Таким образом, в настоящее время российский двуглавый орел смотрит не только на Восток, с Японией, но и на Запад, без США.

Несомненно, что "большая семерка" в ближайшие годы не примет Россию равноправным членом в свои ряды, да это и не является оправданным в долгосрочной перспективе, учитывая глобальный конфликт интересов между "развитыми" странами и так называемым "третьим миром". Отсюда основным инструментом нашей "западной" политики вновь становится использование нарастающих американо-европейских противоречий. И это видно по ряду последних событий, особенно по внесенным Россией предложениям о создании нестратегической европейской ПРО.

Реакция новой республиканской администрации на эти предложения хорошо известна, и она подтверждает наши выводы. Президент Джордж Буш-младший еще до собственной инаугурации провозгласил тезис своего советника по национальной безопасности Кондолизы Райс о том, что Россия не вправе рассчитывать на финансовую помощь США, пока "не покончит с массовой коррупцией". А в феврале Райс заявила, что, цитирую: "Россия представляет собой угрозу для европейских стран и США". Это симптоматичный сигнал.

Мы не можем рассчитывать на то, что практика взаимоотношений республиканской администрации США с Россией будет определяться иными принципами, чем те, которые звучали в политических и даже предвыборных декларациях команды Буша. Общий курс на ослабление России и на ее подрыв изнутри остается неизменным. Достаточно проанализировать кадровые назначения на ключевые посты в Белом доме, чтобы убедиться в этом. Вектор конкретной политики (а не изустной пропаганды) нынешней администрации США можно установить даже по книге мемуаров Буша-старшего, если проанализировать все то, что "не успел сделать" из намеченного этот 41-й президент США, бывший глава ЦРУ и вице-президент в команде киноактера Рейгана. Именно эти задачи и будет осуществлять Буш-младший, поскольку главным дирижером всей избирательной кампании республиканцев являлся его собственный отец при активном участии своих ближайших соратников, от Киссинджера и Бжезинского до Чейни, Пауэлла, Вулфовица, Райс и других.

Отдельно коснусь принципиально важного вопроса о создании американской системы НПРО, поскольку в ближайшей перспективе он остается вопросом дипломатических переговоров, хотя через два-три года вполне может стать вопросом финансово-экономическим и даже военно-техническим.