Читаем Газета Завтра 382 (13 2001) полностью

Оценивая ситуацию, сложившуюся вокруг хора, следует помнить, что этот юбилей — итог, за которым стоят судьбы многих и многих, чьи таланты, сливаясь, рождали мощный поток. Стоит хотя бы вспомнить великолепного композитора-народника Владимира Захарова, руководившего хором Пятницкого с 1932 года. Его песни "Провожание", "И кто его знает", Ой, туманы мои" на многие годы стали основой репертуара хора, были и остаются любимы народом. Или вспомним одного из руководителей хора, Петра Казьмина — племянника Пятницкого — знатока русской песни и народных обычаев. Книги и статьи Казьмина представляют из себя широкое исследование народного песенного творчества в его развитии.

Но в этом году, на печальном юбилее, поредевшим составом хора Пятницкого практически не исполнялись песни народного репертуара, произведения из "золотого запаса" хора. Речь идет о таких вещах как: "Вниз по Волге-реке", "Есть на Волге утес", "Чтой-то звон", "Летят утки", "По диким степям Забайкалья", "Ревела буря", "Цвети, Россия" и многих других. То, что прозвучало ("Ах ты степь широкая"), было лишь старыми записями, которые были сделаны В. Левашовым в начале 70-х годов. Артисты только беззвучно открывали рты.

Билеты на этот вечер, который проходил в концертном зале "Россия", стоили немало (100-150 рублей). Но ни администрация зала, ни ведущая вечера Светлана Моргунова не удосужились намекнуть на то, что концерт идет "под фанеру". Впрочем, количественно нынешний состав хора, 11 мужчин и 20 женщин, представляет из себя довольно жалкую группу.

Звучали старые и новые фонограммы, а сам хор работал на подпевках у эстрадных звезд.

Конечно, многое можно списать на "переходный период", на разруху и отсутствие средств, однако почему-то другие народные коллективы, пройдя через трудности и всякого рода препоны, выстояли. Речь прежде всего идет о Воронежском хоре, который развивается под руководством Вячеслава Помельникова, о Северном народном хоре с неутомимой Ниной Константиновной Мешко, о Кубанском народном казачьем хоре Виктора Захарченко, об Оркестре народных инструментов Николая Калинина, знаменитом Ансамбле Игоря Александровича Моисеева.

Перечисленные художественные руководители народных коллективов фанатично преданы своему делу, бесконечно влюблены в народное творчество и в своих артистов. Таким был и покойный руководитель хора Пятницкого Валентин Левашов.

Сегодня поставленная "демократическим" Минкультом совмещающая в своем лице посты директора и художественного руководителя хора имени Пятницкого Александра Пермякова не принадлежит к описанному выше типу людей. Не имеющая даже среднего музыкального образования, внутренне чуждая народной культуре, Пермякова за десять лет сумела превратить флагман отечественного народного исполнительства в балаганный ширпотреб в стиле а-ля рус.

Старинные, пошитые в начале века народные костюмы были распроданы. А хор стал выезжать на гастроли все больше по избранным ресторанам, иногда выступая в залах на подпевках у Зыкиной и Бабкиной.

По сути, Пермякова торговала именем хора, памятью его основателя. Видя это, многие артисты разбежались, а те, кто пытался возражать, были уволены единоличным решением директора.

Хор можно было встретить на многочисленных дорогих тусовках, но уже в роли подпевки других, в основном эстрадных артистов...

Когда-то, во времена НЭПА, владелец одного из московских ресторанов предлагал огромные деньги за участие хора в вечерней программе заведения. Митрофан Ефимович наотрез отказался. "Наше искусство ситцевое — оно не продается", — говорил Пятницкий.

ФОЛЬКЛОРНАЯ КУЛЬТУРА — очень тонкая и ранимая вещь. Определяющий ее константный элемент народной традиции всегда должен дополняться живой творческой работой, введением новых элементов, созданием оригинальных концертных программ. Но здесь требуются высочайший уровень мастерства и глубочайшее чувство такта. На этом пути может удержаться только прирожденный мастер. Иначе все рухнет, превратится в развлекаловку для иностранных туристов.

Когда-то Пятницкий предупреждал об опасности превращения живого народного пения в "крикливую частушку". Его ближайший сподвижник Петр Казьмин в 1947 году писал о псевдонародных исполнителях, которые размахивают руками, впадая то в нарочитую чувствительность, то в слезливый тон: "Всякая вульгарность, нарочитость в исполнении песен, подергивание плечами, локтями и пр. — все это вышедшее из кабака, нередко квалифицируемое как "темперамент", ничего общего с подлинным исполнением народной песни не имеет"