– Буду рад, хотя не верю я в продолжения курортных романов… Давай-ка не станем ничего загадывать…

– Райт. Ай лав ю coy… факин крэйзи рашен!

***

О том, как проводят люди свое свободное время на курортах, не мне вам рассказывать. Замечу, что Халаиб не был в этом смысле досадным исключением, несмотря на то, что находился в мусульманской стране. Соответственно, моя личная жизнь изобиловала разнообразием и ненавязчивостью отношений. Курортные романчики чередовались с циничным сексом, и никто не успевал друг другу надоесть, так как продолжительность пребывания приезжих красавиц соответствовала сроку их путевки и, как правило, не превышала недели. Сердца никакие не бились, сопли и слезы не текли, а на упреки и подозрения просто не было времени. Все проходило в коротком страстном порыве и приносило лишь радость и удовлетворение. Как правдиво характеризовала свое отношение к этому одна очаровательная москвичка: «Симпатичные, загорелые, веселые парни на курорте просто входят в программу моего отдыха».

Дайвмастера, хочу заметить, пользуются особым успехом, так как ко всем перечисленным выше качествам прибавляются ещё экзотичность, романтизм и мужественность их профессии. После того, что мне посчастливилось пережить в Халаибе, я никогда не поеду со своей женой отдыхать на курорт и тем более не отпущу её одну. И вам не советую. Я вообще считаю, что жены не должны там отдыхать. Грядка на даче в кругу детей и под надзором свекрови – вот их место отдыха. Курорты созданы для настоящих мужчин, незамужних девиц и конченых блядей.

Я мстю! И мстя моя ужасна!

Он спрашивает: «Что случилось?»

Она: «Мне муж изменил».

Он: «И мне жена изменила. Давай им отомстим?»

Она: «Давай».

Легли в койку, отомстили.

Пошли, перекурили.

Женщина говорит: «Надо ещё отомстить!»

Мужик: «Пойдём!»

Опять отомстили.

Пошли перекурить.

Она говорит: «Как вспомню этого мерзавца, так бы мстила и мстила!»

Он: «А я свою уже простил».

Стоило ко мне приехать одному из друзей, как слух о том, что я охрененно устроился на теплом море, моментально разнесся буквально по всему Питеру. В гостинице, естественно, имелся телефон, по которому нельзя было позвонить за границу, но на него, как бы странно это ни звучало – можно. Откуда народ доставал этот номер, я не ведаю, но он просто разрывался от звонков из России.

– Мистер Эб, опять на непонятном языке – значит, вас, – сообщал мне портье. Вопрос у всех был один: когда же приглашу к себе.

– В очередь, сукины дети, – без энтузиазма отвечал я.

Отсутствие радости по поводу встреч с земляками объяснялось просто. Падали на хвост ведь не только близкие друзья, но даже мало и совсем незнакомые. Звонили даже соседи малознакомых и родственники соседей незнакомых, приятели внучатых племянников троюродных дядь и теть. А порой, что меня вовсе удивляло, – и бывшие враги. Они, как ни в чем не бывало, звонили и по-свойски напрашивались в гости. Все это вызывало не самые приятные ощущения: хотите столкнуться с жадностью, прикрытой лицемерием, купите себе дачу где-нибудь на Кипре или устройтесь на приличную работу за границей. Все тут же начнут вами интересоваться, размышляя, как можно вас получше использовать.

К счастью, чаще всего звонки заканчивались ничем. Все ж таки ехать черт его знает куда да ещё к малознакомому пареньку рискованно (а звонящие, хоть и кричат, что они ваши лучшие кореши, в глубине душе понимают, что на фиг вам сдались).

И тут совершенно неожиданно позвонил Витёк. Тот самый Витёк, благодаря которому я сюда и попал. Он сразу начал с расспросов о погоде, температуре воды, местных ценах… и, как ни в чем не бывало, заявил, что собирается приехать погостить. И мне вдруг захотелось, чтобы он действительно приехал. Конкретного плана коварной мести в моей голове ещё не было, но в том, что он легко появится, я был уверен АБСОЛЮТНО!

– Да не парься ты, купи только билет, а я тебя встречу, остановишься у меня. Какие проблемы-то? – мягко стелил я.

– А чего там у тебя делают? – начал ломаться он.

– Ныряют с аквалангом, купаются, пьют пиво (три копейки за литр), ну а с тебя-то я и вовсе ни цента не возьму. Ведь все здесь только благодаря тебе и сложилось. А какой темперамент у местных баб!.. И дешевые: пучок – пятьдесят центов.

– Правда? – недоверчиво поинтересовался Витёк.