Читаем Гасильщик полностью

– Да… И по этапу за тобой пойду! – то ли в шутку, то ли всерьез ответила Настя.

Ночь на 9-е число.

Варвара и Курбан легли поздно. Стрелки часов перевалили за час. Боялись неясной угрозы – «провокации». В постели сожители еще долго ворочались, перешептывались. Когда, обессиленные, они уже засыпали, за дверью на лестничной площадке неожиданно послышались странные звуки: то ли стоны или завывания, то ли ветер или голоса из могил…

– Что это? Ты слышал? – встрепенулась Варвара.

– Слышал. Может, какой-то бомж плохой водкой отравился.

Стоны продолжались все более явственно. Варвару начала колотить нервная дрожь.

– Иди посмотри! – прошептала она.

– Опять я…

Но на этот раз Курбан спорить не стал, чтобы не провоцировать домохозяйку, надел «треники», повесил на всякий случай цепочку на дверь и приоткрыл. Никого не увидев, он, поколебавшись, снял цепочку, осторожно вышел. Лестничная клетка была пустынной. Курбан быстро заскочил в квартиру, с облегчением плюхнулся в кровать.

На этом испытания не закончились. Вдруг резко зазвонил телефон. Варвара решительно сняла трубку и услышала мужской голос.

– Позовите, пожалуйста, Машу.

– А вы кто? – хмуро спросила Варвара.

– Я – Саша.

– И что вы хотите?

– Я же сказал – позовите Машу, – настойчиво повторил мужчина. – Маша – моя невеста.

– Маши нету, – без эмоций ответила Варвара.

– В каком смысле? – строго спросил голос.

– Она куда-то ушла.

– А вы кто?

– Хозяйка.

– Вы здесь живете?

– Дурацкий вопрос, – резко ответила Варвара, уже теряя терпение.

– У вас есть прописка? – невозмутимо продолжал допрос неизвестный.

– Да кто вы такой? – возмутилась Варя.

– Я же понятно сказал: жених. Кстати, почему у вас штамп прописки кровавого цвета? – прозвучал неожиданный вопрос.

– Да пошел ты, жених закаканный…

Она со злостью бросила трубку.

– Варя, скажи честно: ты мне изменяешь? – опершись на локоть, строго спросил Курбан.

У Варвары не было сил даже ответить.

А тут за дверью началось неописуемое: душераздирающие крики со стонами, стук в дверь. Курбан со страха залез под одеяло.

– Варька, звони в милицию!

Варвара схватила трубку, набрала «02».

– Милиция, милиция? Приезжайте скорее!

– Что случилось? – раздался ленивый голос дежурного. – Адрес?

– Улица Чехова, дом 5, квартира 34, – торопливо сообщила Варвара. – Страшные крики, в дверь стучат.

– Ну и что, кто там? – вяло спросил дежурный.

– Не знаем, мы боимся выходить.

– Гражданка, не морочьте мне голову, – сердито ответил дежурный. – На каждый крик выезжать – никакого бензина не хватит. Вам это понятно? На каждый крик – только эхо откликается…

Он рассмеялся своей шутке и положил трубку.

– Бензина, бензина нет! Не милиция, а какие-то сплошные идиоты. Что же делать… Что же делать…

– Я знаю! – Курбан сел, опустив волосатые ноги на пол. – Варька, давай завтра быстрей в ЗАГС пойдем. А то квартира уплывет! Я, кстати, тебе предложение делаю!

– А я, кстати, хочу подарить тебе футбольный мяч.

– Зачем? – округлил глаза Курбан.

– Чтобы отфутболить тебя вместе с ним в твой солнечный Азербайджан! – с ненавистью пояснила Варвара.

Курбан схватился за сердце и поджал ноги.

9-е число. День победы.

В этот день многие жители города видели несущийся по улицам на огромной скорости крутой японский мотоцикл. Глухие шлемы и черные кожаные комбинезоны не могли скрыть красоту и молодость парня и девушки, оседлавших двухколесного зверя.

В кабинете Белозерова собрались порядком измученные опера – Савушкин и Кошкин.

– У нас в городе впору открывать театр абсурда. Или теней, – вещал Белозеров. – Этот режиссер явно заигрался. Кромсает цепь и рассылает по списку всем нашим фигурантам. Ты – в курсе, Никита?

– Отстраненный от дела майор Савушкин, весьма возбужденный против него уголовным делом по факту хулиганства, в курсе, – ответил Никита.

– Не трепещи. Я дело пока не возбуждал. И не возбужу… возбуждю, пока не сделаю «обвинилку» на эту гнусную парочку…

– Митрич, – перебил Савушкин. – Ты извини, но я, учитывая, что это дело сам начинал, взял на себя ответственность собрать всех наших цепочников. Сейчас без трех минут три, они начнут подтягиваться.

– Не вижу смысла, – недовольно отреагировал Белозеров. – Перекрестный допрос? Или допрос на перекрестке?

Тут в кабинет заглянул первый приглашенный – сценарист Петр Грош-Ценаев.

– Можно заприсутствоваться? – спросил он вычурно.

– Да, – разрешил Никита.

Следом потянулись Курбан и Варвара, Рома Кухаркин, Катина подружка Оля, режиссер Самобрехова, Хлопухин, оператор Божемой…

Стульев не хватило, и Кошкин притащил из соседнего кабинета.

Приглашенные фигуранты со скрипом, вздохами и охами расселись…

– Цепочки все захватили? – строго спросил Савушкин.

Все ответили дружно и вразнобой:

– Да! Да! Да! Так точно…

– Отлично, – похвалил Савушкин. – Доставайте!

Каждый из присутствующих послушно стал доставать фрагментики цепочек в конвертах: женщины – из сумок, мужчины из карманов.

Самобрехова не выдержала:

– Скажите наконец, что здесь происходит?

– Минуточку терпения, – успокоил Савушкин, посмотрел на время на мобильном телефоне, набрал номер. – Вы где? Понял…