Читаем Гапон полностью

Было «весной» это — стали, как дети,Все мы о близком мечтать уже лете,Но о вещах, что тревожили дух,Было нельзя говорить еще вслух.Лишь у Гатона, по милости чьей-то,Люди не тихо шептались, как флейта,А возвышали бестрепетно тон:Был со связями епископ Гатон.Речью коварною вызвал желаньеУ бедняков он — идти на закланье…Кровь пролилась, а виновник всех золСкрылся, сутану сменив на камзол.День вспоминая, епископ кровавыйДумал: «Покрыл свое имя я славой.Будут теперь на родной сторонеВеки веков вспоминать обо мне».В край иноземный епископ умчался,Там по игорным притонам шатался,Сильно стал меркнуть его ореол…Грустно Гатон вновь в отчизну пошел.Здесь, получив неожиданным шансомПрикосновенность к российским финансам,Прежний вернуть свой решил он престиж.Вновь ты, Гатона звезда, заблестишь!Ах, если б было возможно, без риска бЖизненный путь проходил свой епископ,Но даже в лучшем из лучших мировЖизнь есть не ряд беспрерывных пиров.Снова толчется Гатон средь рабочих —Верить ему есть довольно охочих…Раз сообщил ему кто-то секрет,Будто его живописный портретБудет в участке с почетом повешен.Тем был епископ премного утешен.«Для полицейских, столь близких мне, крыс,Это, он молвил, приятный сюрприз!»Кротким весельем лицо его дышит.Вдруг он чудесную ведомость слышит:«Крыс полицейских в округе не счесть —Все они жаждут принесть тебе честь».Вот собрались чина разного крысы,Те безобразны, те стары и лысы,Те франтовски, на гвардейскую стать.Лоском отменным стараясь блистать,Те побойчее смотрели, те кротче,Все восклицали: Гатоне! Ты, отче,Тайную власть восприял над людьми —Наш поцелуй, в знак почтенья, прийми.И на Гатона — как видно, не всуе —Градом посыпались тут поцелуи,Спереди, сзади, с боков, с высоты —Что тут, епископ, почувствовал ты?Слышались долго лишь чмоканья звуки,Да простирались к епископу руки…В братских объятьях задушен был он.Так был наказан епископ Гатон.

Автор этого фельетонца — Жак-меланхолик (Яков Гибянский). Рядом — карикатура: художник пишет портрет Гапона за тюремной решеткой (что это значит?). На обороте — другая карикатура: Витте и Дурново припадают к стопам Гапона, одетого по-старому в рясу. Подпись: «Последняя надежда».

Перейти на страницу:

Похожие книги

120 дней Содома
120 дней Содома

Донатьен-Альфонс-Франсуа де Сад (маркиз де Сад) принадлежит к писателям, называемым «проклятыми». Трагичны и достойны самостоятельных романов судьбы его произведений. Судьба самого известного произведения писателя «Сто двадцать дней Содома» была неизвестной. Ныне роман стоит в таком хрестоматийном ряду, как «Сатирикон», «Золотой осел», «Декамерон», «Опасные связи», «Тропик Рака», «Крылья»… Лишь, в год двухсотлетнего юбилея маркиза де Сада его творчество было признано национальным достоянием Франции, а лучшие его романы вышли в самой престижной французской серии «Библиотека Плеяды». Перед Вами – текст первого издания романа маркиза де Сада на русском языке, опубликованного без купюр.Перевод выполнен с издания: «Les cent vingt journees de Sodome». Oluvres ompletes du Marquis de Sade, tome premier. 1986, Paris. Pauvert.

Маркиз де Сад , Донасьен Альфонс Франсуа Де Сад

Биографии и Мемуары / Эротическая литература / Документальное
Чикатило. Явление зверя
Чикатило. Явление зверя

В середине 1980-х годов в Новочеркасске и его окрестностях происходит череда жутких убийств. Местная милиция бессильна. Они ищут опасного преступника, рецидивиста, но никто не хочет даже думать, что убийцей может быть самый обычный человек, их сосед. Удивительная способность к мимикрии делала Чикатило неотличимым от миллионов советских граждан. Он жил в обществе и удовлетворял свои изуверские сексуальные фантазии, уничтожая самое дорогое, что есть у этого общества, детей.Эта книга — история двойной жизни самого известного маньяка Советского Союза Андрея Чикатило и расследование его преступлений, которые легли в основу эксклюзивного сериала «Чикатило» в мультимедийном сервисе Okko.

Алексей Андреевич Гравицкий , Сергей Юрьевич Волков

Триллер / Биографии и Мемуары / Истории из жизни / Документальное