Читаем Галлюцинации полностью

Закончив записывать, Теодора (личный секретарь Джеймса) почувствовала, что близка к обмороку. «Это душераздирающее зрелище, но самое поразительное здесь то, что он сохранил способность к отточенному оформлению фраз и предложений».

Другие свидетели последних часов Джеймса тоже упоминали этот факт, говоря, что, хоть великий мастер и бредил, в этом бреде чувствовался «чистый поздний Джеймс».

Иногда резкая отмена и воздержание от наркотиков или алкоголя могут стать причиной делирия, в ходе которого больной явственно слышит голоса и переживает иные галлюцинации. На самом деле такой делирий можно с полным правом назвать токсическим психозом, несмотря на то что больной не страдает шизофренией и у него никогда в жизни не было психозов. Ивлин Во приводит потрясающее описание этого состояния в автобиографической книге «Испытание Гилберта Пинфолда»[69]. Во много лет злоупотреблял спиртным, а в 50-е годы начал добавлять к алкоголю снотворные средства (настойку хлоралгидрата и бром), и чем дальше, тем больше: «Он не утруждал себя точным отмериванием дозы. Он плескал в стакан столько, сколько подсказывало ему настроение, и если доза оказывалась слишком малой и он просыпался среди ночи, то вставал, нетвердой походкой шел на кухню, наливал следующий стакан и щедро доливал виски снотворным».

Чувствуя себя тяжелобольным, понимая, что память начинает над ним зло подшучивать, Пинфолд решает, что круиз в Индию позволит ему восстановить силы и здоровье. На второй или третий день путешествия запасы снотворного закончились, но алкоголя было еще вполне достаточно. Едва пароход отчалил от пристани и пустился в плавание, как у Пинфорда начались слуховые галлюцинации: чаще всего это были голоса, но иногда он слышал музыку, собачий лай, глухие удары, которыми капитан корабля награждал какого-то бродягу, шумный плеск от груды металла, которую выбросили за борт. На вид – зрительно – все было совершенно нормально: мирный экипаж, скучающие пассажиры, пароход, входивший через Гибралтарский пролив в Средиземное море. Но абсурдные, сложные слуховые обманы продолжали порождаться слуховыми галлюцинациями. Например, Пинфолду казалось, что Испания объявила о своем суверенитете над Гибралтаром и сейчас судно будет захвачено испанцами; ему казалось, что у врагов есть машина, улавливающая и передающая его мысли.

Некоторые голоса обращались непосредственно к нему: они насмехались, издевались, злобствовали, обвиняли, часто побуждали к самоубийству, – но среди всех этих насмешек и издевательств звучал один сладкий голос – голос, насколько понял Пинфолд, – сестры одного из мучителей. Этот дивный голос говорил, что любит его, и спрашивал, взаимна ли эта любовь. Пинфолд говорит, что хочет увидеть девушку, но она отвечает, что это невозможно, что это «против правил». Галлюцинации Пинфолда – чисто слуховые, ему «не разрешено» видеть говорящего, ибо это сразу разрушит все наваждение.