Читаем Гайдзин. Том 2 полностью

Торопливо, холод еще больше подгонял ее, она надела кимоно поверх ночной юкаты – она уже сделала первое умывание рано утром, почистила зубы и расчесала волосы, которые по-прежнему были заплетены в традиционную косу – повязала оби, переложила туда нож в ножнах, и все это время ее мозг работал с предельной быстротой. Был ли это кто-то из них? Может быть, обыск не был достаточно тщательным? Он мог не заметить сюрикены, это не трудно, если не искать их специально. Может быть, искавший не имел опыта в таких делах? Койко? Зачем ей обыскивать мои вещи теперь? Разумеется, это было сделано другими прислужницами, когда я впервые появилась у нее, – сюрикены Сумомо тогда носила с собой.

Пока мысли сменяли одна другую в ее голове, она поставила разогревать рисовую кашу, приготовила чай и отнесла чашку в ванную, где Койко заканчивала мыться из ведер с горячей водой, в которую для аромата были добавлены цветочные настойки. Воду доставили на рассвете через маленький люк, чтобы не пролить ни капли и не потревожить гостей. Ночные вазы убрали тем же способом.

– Я надену коричневое кимоно с карпом, – сказала Койко, с благодарностью делая глоток: нежную кожу стягивало на холодном воздухе, как она ни заставляла себя притворяться, что холода не существует, – и золотистый оби.

Сумомо поспешила выполнить приказание, хотя сердце у нее все еще сжималось от тревоги. Она принесла требуемое и помогла ей одеться.

Когда оби был завязан к ее удовлетворению, Койко села на колени на один из футонов. Сумомо расположилась позади нее и принялась расчесывать ее сияющие, длиной до пояса волосы.

– Да, так хорошо, Сумомо, у тебя уже получается, только, пожалуйста, движения должны быть более длинными и ровными.

Снаружи звуки просыпающейся гостиницы становились все громче. Служанки, солдаты, постояльцы перекликивались друг с другом. Послышался голос Абэ, потом Ёси. Обе женщины прислушались, но слов не разобрали. Голоса стали удаляться.

– Еще двадцать движений щеткой, а потом я поем и выпью еще чашку чая. Ты голодна?

– Нет, госпожа, благодарю вас, я уже поела.

– Ты хорошо спала? – спросила Койко, уловив натянутость в ее голосе.

– Нет, госпожа Койко. Прошу прощения, что докучаю вам своими бедами, но иногда мне бывает трудно уснуть, а потом, когда я засыпаю, мне снятся дурные сны, – откровенно ответила Сумомо, все еще думая о своем. – Врач дал мне немного успокаивающего лекарства. Я забыла взять его с собой, когда переходила в другую комнату.

– А, вот как? – Койко скрыла свое облегчение. – Возможно, тебе следует принять его прямо сейчас.

– О, но это может подождать и…

– Пожалуйста, я настаиваю. Очень важно, чтобы ты была спокойна.

Послушно и с благодарностью Сумомо достала маленькую бутылочку. Ее никто не открывал. Она сделала глоток и снова закрыла ее пробкой. Почти тотчас же внутри нее начало разливаться тепло.

– Благодарю вас, госпожа, – сказала она и вернулась к прерванному занятию.

После горячей рисовой каши и маринованных овощей, нескольких кусочков запеченого угря в горько-сладком соусе и рисовых ролов Койко сказала:

– Пожалуйста, сядь, Сумомо, и налей себе чаю.

– Благодарю вас, госпожа.

– Князь Ёси решил, что я не должна больше сопровождать его, а последую за ним в паланкине с более умеренной скоростью.

– Некоторые из стражников говорили об этом, пока я ожидала вас. Все будет готово, когда бы вы ни пожелали ехать.

– Хорошо. – Теперь, когда Койко узнала правду о бутылочке, она чувствовала себя гораздо спокойнее, но это не изменило ее решения быть осторожной – ее долг перед Кацуматой был уже выполнен. – Ты теперь благополучно выбралась из Киото, – мягко произнесла она, и в животе у Сумомо похолодело. Если бы не эликсир, она бы ударилась в панику. – Нам пора расстаться, Сумомо. Сегодня. У тебя есть деньги?

– Нет, госпожа. – Сумомо постаралась, чтобы голос ее звучал совсем обычно. – Но не будет ли возможно…

– Тебе не о чем беспокоиться, денег я тебе дам. – Койко улыбнулась, неправильно истолковав ее смятение, и твердо продолжала: – Твои бумаги в порядке?

– Да, но могу я оста…

– Так будет лучше для нас обеих. Я продумала каждую возможность. Будет лучше, если я отправлюсь дальше одна. Ты можешь остаться здесь, или вернуться к себе домой в Сацуму – я бы посоветовала именно это, – или самостоятельно добираться до Эдо.

– Но, пожалуйста, нельзя ли мне остаться с вами?

– Будет разумно, если ты поедешь дальше своей дорогой – разумеется, ты понимаешь, что я оказала твоему опекуну самую большую из услуг, когда приняла тебя. Теперь ты в безопасности, – доброжелательно сказала она.

– Но… но что вы станете делать, у вас ведь нет прислужницы. Я хочу служить вам и…

– Да, и ты справлялась очень хорошо, но я без труда смогу нанять кого-нибудь. Пожалуйста, не беспокойся об этом. Теперь скажи, ты вернешься в Киото? – Когда Сумомо промолчала в ответ, лишь тупо глядя перед собой, она мягко спросила: – Что твой опекун сказал тебе делать, когда ты расстанешься со мной?

– Он… он не сказал.

Койко нахмурилась.

– Но, разумеется, у тебя должен быть какой-то план.