Читаем Гайдзин. Том 2 полностью

– Держи глаза, уши и ноздри открытыми, как у летучей мыши, и смотри, куда роняешь свой помет! – весело осклабившись, прокудахтала А Ток. – Десять тысяч лет жизни Чену из «Благородного Дома», без него мы бы не узнали, что ее Нефритовые Врата висели на двери моего сына!

– А откуда мы знаем, что это был он? – спросила А Со, звучно рыгнув. – Откуда мы знаем, что это был господин, а не еще кто-нибудь? – Она понизила голос и огляделась вокруг, словно опасаясь чужих ушей, и палочки А Ток замерли в воздухе. – Кто-нибудь вроде Длинного Острого Носа, чужеземный дьявол того же рода, что и она, хейа? Эти двое неразлучны, как вошь и промежность нищего. И разве это не он утопил бутылочку и все улики в море, помнишь?

А Ток уже больше не смеялась.

– Фан-пи! – выдохнула она, воспользовавшись этим редким ругательством. – Так вот от чего предостерегал нас Светлейший Чен! Летучие мыши никогда не летают прямо, никогда не садятся на первую же ветку и даже когда садятся, висят головой вниз. Он приказывает нам узнать, какой ян обладал этой инь! Ай-й-йа, да, я согласна, это возможно, возможно, что Длинный Острый Нос заставил моего сына носить зеленую шляпу!

– Наш господин обманут! – А Со возвела глаза горе. – Это правда, Длинный Острый Нос проводил в ее комнате достаточно времени, чтобы… – Она охнула. – Ай-й-йа! Помнишь, много недель назад, когда она отослала меня, а потом закричала, потому что ей показалось, будто кто-то лезет к ней в комнату снаружи, а оказалось, что это только ветер стучал ставнями? Я теперь вспомнила, я тогда примчалась к ней быстрее летучей мыши, но Длинный Острый Нос уже был там и оба они… да, да, я припоминаю, оба они были белее, чем мертвец на пятый день! Неужели в тот самый раз его ян…

– Когда это было, Младшая Сестра? В какой день? Когда?

– Это было… это было на следующий день после того, как к господину приводили эту туземную шлюху из борделя по ту сторону канала.

Обе женщины принялись высчитывать, цифры щелкали в их головах, как костяшки на счетах. Сегодня был двенадцатый месяц, пятый день.

– Получается… получается десятый месяц, восемнадцатый или девятнадцатый день, Старшая Сестра.

– Не выходит. Пожалуй, времени получается недостаточно, разве что эту Лунную Тьму принимают раньше. – А Ток рассеянно взяла в рот новый кусочек рыбьей головы, задумчиво пососала его, потом с убежденным видом выплюнула кости: – Должно быть, они спали вместе до этого. Возможностей у этой блудодейки было сколько угодно, хейа? Она всегда была в доме этого варвара, еще до того, как вы обе там поселились.

– Ты права, ты права, как всегда, Старшая Сестра! Мы должны немедленно известить Светлейшего Чена.

– Но зачем ей отдавать свои Нефритовые Врата такому уродливому чужеземному дьяволу, когда мой сын уставился на них, пуская слюни?

А Со картинно пожала плечами.

– Варвары! Кто знает, что у них на уме? Мы должны рассказать господину!

Слабея от возбуждения, А Ток посмотрела на свой бар. Мадера, виски, бренди.

– Нам нужны силы! – Она выбрала виски и налила две щедрых порции. – За работу! Мы должны разработать план, интригу и придумать, как сделать так, чтобы эта шлюха и ее любовник раскрыли правду!

– Хорошо, очень хорошо! Вместе мы добьемся этого!

– Но ни намека моему сыну, с нашей стороны будет неразумно, если мы принесем ему дурные вести. Раньше, чем будем уверены. – Они чокнулись бокалами. – Клянусь всеми богами, большими и малыми, я никому не дам обмануть моего сына, заставить его носить зеленую шляпу и при этом самому жить долго и счастливо!

– Добрый вечер, отец Лео, – вежливо приветствовала священника Анжелика, опустилась на колени и поцеловала ему руку, чувствуя, что ей с трудом удается сдержать отвращение, которое вызывала исходившая от него вонь. Они были одни в маленькой церкви, неф был тускло освещен, горело только несколько свечей, свет умирающего солнца проникал через маленькое, плохо сработанное витражное окно. Католиков в Поселении было мало, доход церкви – мизерный, но и в этом случае алтарь и распятие были богатыми. Снаружи, в закатных сумерках, ждал Варгаш, чтобы проводить ее домой.

– Вы хотели меня видеть? – спросила она с невинным видом, зная, что снова пропустила мессу в это воскресенье. Ее розовый капор был подобран специально к случаю, как и длинная кашемировая шаль поверх ее самого скромного девичьего дневного платья из неяркого шелка. – Как хорошо вы выглядите, святой отец.

– Я рад видеть вас, сеньорита, дитя мое, – ответил он с тяжелым португальским акцентом. – Вы опять не приходите к мессе.

– Это все ваперы, святой отец. Я еще не вполне оправилась после расстройства… доктор Бэбкотт предписал покой, – ответила она, раздумывая, что ей надеть сегодня на банкет, посвященный дню рождения русского министра, и что можно придумать, чтобы Малкольм не скучал в течение вечера. – Я уверена, что к следующей неделе я буду чувствовать себя лучше.