Читаем Гайдзин. Том 2 полностью

– Три месяца назад я написал тебе, что мне казалось… оно, должно быть, пришло после того, как ты уехала… я подумал, что будет разумно, если мы разорвем нашу помолвку и ты забудешь меня, и что мне ужасно жаль, но так будет лучше для тебя, а я не вернусь домой и буду жить и работать здесь, я не уеду из Азии, пока не буду вынужден, если заболею или… я не уеду, не могу уехать, я люблю Азию, люблю свою работу, и нет никакой надежды, что ты будешь здесь счастлива, я не стою этого, и я признаю, что бесчестно обманул тебя, но мы не можем пожениться, это невозможно, а теперь, когда я начинаю свое дело… – Он замолчал, чтобы перевести дыхание, потом хрипло добавил: – Я не знаю, что еще сказать, говорить больше нечего, кроме как еще раз извиниться… вот.

Он отнял у нее свою руку. Желудок болезненно сжимался. Из кармана появился платок, он промокнул вспотевший лоб.

– Извини, – неловко произнес он, встал, снова сел, потом повертел в руках бокал. – Извини.

Ее руки лежали у нее на коленях. Глаза смотрели сосредоточенно и открыто, ее взгляд ни на минуту не покидал его лица.

– Не извиняйся, – мягко сказала она, лишь едва заметно нахмурившись. – Такое случается, дружок.

У него отвисла челюсть.

– Так ты согласна?

Она рассмеялась.

– Конечно, с частью того, что ты говорил, не со всем, конечно… Ты мужчина, а я женщина, и мы по-разному смотрим на вещи.

– Да? Как это?

– Ну, сначала о работе. Женская работа, ее работа, состоит в том, чтобы заботиться о муже, создать дом, именно для этого меня готовили, дом и семья – самые важные вещи в этом мире. – Она заметила, что Джейми готов возразить, поэтому быстро добавила: – Мой па считает, что на первом месте стоит империя, но он мужчина. У мужчин есть работа, на которую они ходят, чтобы сделать ее и принести домой каши, немного мяса и, да, немного виски. Но должен быть дом, куда все это можно нести. Без женщины дома нет. Для мужчины очень важно иметь кого-то, кому можно доверить разделить с тобой это бремя, пока ты работаешь, или ищешь работу, или открываешь новое дело. Мне ты можешь верить. Из этих двух вариантов тебе лучше всего постараться начать собственное дело. Мистер Горнт хочет сделать то же самое.

– В самом деле?

– Да, когда-нибудь в будущем, говорит он. Он теперь вернулся, чтобы возглавить здешнее отделение «Брока и Сыновей» и…

– Вот как? – Макфэй заморгал, услышав эту новость.

– Да. Он говорит, что занимает место этого человека, который пытался убить тебя, мистера Грейфифта.

– Грейфорта. Норберта Грейфорта. – Разум Джейми принялся за работу: я, должно быть, теряю рассудок после того, как ты появилась здесь, словно привидение, я напрочь забыл о Хоуге, Малкольме, Гонконге. – Что произошло в Гонконге? Что с Малкольмом Струаном? Горнт говорил что-нибудь о Моргане Броке или Тайлере Броке?

– Терпение, мой дружок, дойдет и до этого. Возвращаясь к разговору о тебе и мне, раз уж ты его начал как начал. Из нас получится прекрасная пара, самая лучшая, я обещаю. Мы помолвлены. Я обещаю, что буду самой лучшей женой на свете, я обещаю.

– Но разве ты не видишь, девочка, из этого ничего не выйдет, – сказал он, ненавидя себя, но абсолютно уверенный в том, что это так. – Страна эта жестокая, жизнь здесь жестокая, женщин почти нет, у тебя не будет подруг, тебе нечем будет заняться.

Она рассмеялась.

– Джейми, Джейми, да ты ни слова не слышал из того, что я говорила. Так вот что мы…

Стук в дверь прервал ее.

– Одну секунду! – громко отозвалась она и встала, продолжая тем же тихим, но твердым голосом. – Это, наверное, доктор Хоуг, ему нужно было срочно повидать тебя, но я выпросила у него парочку минут, мне так хотелось тебя увидеть. А теперь я оставляю тебя с ним. – Она взяла свой капор, перчатки и шарф. – За меня не беспокойся, я переоденусь и буду готова вовремя. Я постучу к тебе. Ужин в девять, смотри не забудь.

– А? – тупо переспросил он.

– Этот русский граф, Серегов, кажется, какое-то такое имя. Мы приняли его приглашение на ужин, мистер Мак-Струан мне все об этом рассказал.

Она выпорхнула из комнаты, поблагодарила Хоуга, и, прежде чем Джейми успел произнести хоть слово, Хоуг закрыл за собой дверь, бросился к нему и, задыхаясь, выпалил:

– В Гонконге все прошло как во сне, Джейми, Малкольм был похоронен со всеми почестями в море, как хотел и он и Анжелика.

– Он что?

Хоуг весело фыркнул.