Читаем Гайдзин. Том 2 полностью

«Все в порядке, и не переживайте за меня, мистер Мак-Струан, – ответил тогда Джейми. – Я готов к чему-нибудь новому». И хотя сейчас он официально уже не работал на «Благородный Дом», он по-прежнему помогал ему, подробно рассказывая о нынешнем состоянии проектов и сделок, представляя его, вместе с Варгашем, их японским поставщикам. Бухгалтерские книги были в полном порядке, угольное предприятие с Джонни Корнишмэном было запущено успешно и обещало стать крайне прибыльным: качество угля было первоклассным и они уже пошли дальше, договорившись об отгрузке одной баржи в неделю в течение трех месяцев, оговоренных в качестве испытательного срока.

Мак-Струан щедро выделил ему двадцать процентов прибыли за первый год и дал разрешение после этого самостоятельно вести дела с Корнишмэном: «…если этот маленький пройдоха еще будет жив к тому времени», – сказал он со смешком.

Благодаря Хираге, тайные договоренности Джейми с сёей дали плоды, и в принципе первая компания была образована: ИАК Трэйдинг – Ити Акционерный Компени – жена сеи посчитала разумным не использовать в названии компании их собственное имя. Пакет был разбит на сто акций: сёя имел сорок, Макфэй – сорок, жена Рёси – пятнадцать и Накама-Хирага – пять.

На прошлой неделе он зарегистрировал свой собственный торговый дом, завтра он будет открыт для бизнеса во временных помещениях, снятых в том же здании, где помещался «Гардиан» Неттлсмита. Вот уже целую неделю старший сын Рёси, застенчивый, нервный юноша девятнадцати лет, ежедневно приходил на работу к семи утра и уходил в девять вечера; он должен был научиться всему. Особенно говорить по-английски. В довершение ко всему, с последней почтой прибыло, неожиданно для него, выходное пособие за три месяца с вежливым посланием от Тесс Струан, благодарившей его за его услуги. Три месяца за девятнадцать лет совсем не так уж плохо, подумал он с угрюмой усмешкой.

Из Гонконга пока ни слова, слишком рано, хотя «Гарцующее Облако» должно было добраться туда уже десять дней назад, если не больше; Хоуг – примерно неделю. Первые известия придут дня через четыре-пять, не раньше; говорят в южных китайских морях свирепствует страшный шторм, он может отодвинуть их прибытие еще дальше. Бестолку пытаться заранее предсказать сроки и погоду.

В один прекрасный день у нас появится телеграфная связь с Гонконгом, а когда-нибудь, быть может, провод протянется до самого Лондона. Бог мой, каким фантастическим подарком для каждого стала бы возможность передавать послание в Гонконг и получать ответ через несколько дней, а в Лондон и обратно через… сколько?.. ну, скажем, от двенадцати до шестнадцати дней – это вместо четырех месяцев! Мне им уже не пользоваться, но готов поспорить, что лет через десять-пятнадцать телеграф до Гонконга протянут. Ура Накаме и моему новому партнеру Рёси, ура моей новой компании «Макфэй Трейдинг». И ура Анжелике.

Несмотря на глубокий траур, на Рождество она согласилась принять участие в званом обеде, который он давал в честь Альберта Мак-Струана и на котором присутствовал сэр Уильям, Сэратар, Андре и большинство посланников. Обед прошел с тихим успехом. Хотя в Анжелике не осталось и следа былой веселости и она так мало походила на прежнюю себя, она была любезна и мила, и все отметили, насколько еще более прекрасной она стала, обретя эту новую зрелость. Сегодня должен был состояться большой прием во французской миссии, на который они получили приглашения. Андре будет играть на рояле. Сомнительно, чтобы она стала танцевать, – ставки делались десять к одному, что не станет. По поводу того, понесла она от Малкольма или нет, ставки по-прежнему шли один к одному. О Гонконге никто не упоминал. Со времени их морского приключения и того успешного трюка в кабинете сэра Уильяма, который положил конец их пытке, они стали близкими друзьями и ужинали вместе в большинство из вечеров.

Ура этому Новому году, который будет чудесным!

Несмотря на все его прекрасное расположение духа, по телу пробежал холодок. Ситуация в бизнесе оставалась чреватой всякими неприятностями: вокруг Шанхая опять назревала гражданская война, в Макао – чума, гражданская война в Америке ужасна, голод в Ирландии, слухи о голоде здесь, бунты на Британских островах из-за безработицы и заработной платы на фабриках. Потом оставалась еще Тесс Струан.

Черт, я пообещал себе не думать о ней, начиная с 1 января 1863 года! Как о Морин…

Чтобы избавиться от щемящего чувства тревоги, он пришпорил лошадь. Хирага тотчас же последовал его примеру; они оба были хорошими наездниками. Для Хираги это была первая верховая поездка за долгое время, первая возможность передвигаться более-менее свободно за пределами Поселения. Он догнал Джейми, потом вырвался вперед. Вскоре они уже скакали радостным галопом. И так же скоро остались одни: их спутники повернули к ипподрому. Они перешли на мелкую рысь, наслаждаясь славным деньком.